Пока она моется, я решаю спуститься и набрать на ночь воды и чего-нибудь перекусить, на случай необходимости, потому что, судя по звукам, в гостиной по ночам происходит беспрерывный половой акт.
Само собой, за моим дефиле вниз по лестнице без перил следят обе пары мужских глаз. Им так интересно разглядывать мою пижаму, что даже разговор свой временно заморозили. Я набираю воду, кладу в блюдце четыре крекера и ухожу. Добираюсь до своей двери, ставлю на пол стакан с водой, чтобы освободить руку и нажать на дверную ручку, как вдруг слышу:
– Где ты её нашёл? – негромко интересуется Келли.
– В интернете.
– А посимпатичнее там не было?
Не сразу, но мой работодатель задаёт встречный вопрос:
– Келли, скажи мне, ты дебил?
Пауза. Келли, оказывается, иногда думает, прежде чем ответить.
– Может, и дебил. Но после Карлы… я лично не смог бы… смотреть на такую даже в роли сиделки.
– Ты точно дебил, – успеваю услышать, прежде чем раздаётся удар чего-то тяжёлого.
И пока иду по холлу до двери, слышу ещё несколько ударов, возню и пыхтение, чуть погодя ругань и одну фразу Келли, которую мне удаётся разобрать:
– Полегче парень, я же не могу на равных с тобой…
А у Лео, оказывается, очень грязный рот. Я таких ругательств даже от бомжей под кайфом не слышала, хотя бывало там всякое, и драки в том числе.
Через пару минут, сменив пижаму на майку и джинсы, я спускаюсь вниз, прохожу мимо сцепившихся Лео и Келли по направлению к входной двери. Они, хоть и находятся оба в агрессивном мужском угаре, всё-таки замечают меня и отпускают друг друга.
– Лея! – почти мгновенно слышен голос Лео. Больше даже оклик.
Я оборачиваюсь только чтобы ответить ему:
– Напиши, когда они уедут. Совсем.
У него глаза по блюдцу. Он открывает было рот, чтобы ответить, но я разворачиваюсь и хлопаю дверью. Переговоров не будет.
Через час приходит сообщение:
Ещё минут через десять звонит Марлис:
– Лея! Пожалуйста, вернись к нему! Пожалуйста-пожалуйста! Ты даже представить себе не можешь, как это важно для него сейчас! Умоляю, прости этого идиота-кретина-недоумка-придурка и вернись!
На заднем плане Келли что-то односложно возражает, после чего всё тот же голос Марлис, но теперь намного более глухой – видно, она прикрыла ладонью трубку, буквально орёт, поэтому мне слышно каждое слово:
– Да ты кретин конченный! Понял?! На хрен он Карле больше не сдался, ясно тебе? Она хочет, слышишь? Хо-о-о-чет, чтобы он оставался здесь! Он не нужен ей! А кому теперь он нужен? Тебе нужен? Нет? Ну так и включай хоть иногда свои прокуренные чёртовы мозги!
– Он же любит её… – едва слышу растерянное от Келли. – И Карла, она…
– Мужик! Ей уже есть, кого любить! Понятно?
После этих слов Марлис на мгновение замолкает, подумав, очевидно, что ладонь – недостаточное средство защиты, затем её голос резко сменяется короткими гудками.
Минут через тридцать она снова звонит. Я сразу не поднимаю, а когда делаю это, слышу тысячу извинений и вопрос:
– Ты вернёшься?
– Посмотрим.
Марлис также сообщает, что они с Келли поселились в недорогой гостинице в пригороде, и прежде чем попрощаться берёт с меня слово выпить вдвоём «кофе завтра с утра и где-нибудь неподалёку от Лео». И чтобы у меня не возникало сомнений в безопасности её намерений она добавляет «Мы с Келли больше не будем вам мешать!», на что я в полнейшей уверенности отвечаю «Лично мне вы и не мешали». Она больше не комментирует и мы, наконец, прощаемся.
Я ночую дома. Саванна с первого взгляда на мою физиономию понимает, что душевных бесед на этот незапланированный вечер не предвидится, и закрывается в комнате. Хотя я ни разу не позволяла себе неуважительного к ней отношения, она интуитивно чувствует, что лучше спрятаться и не провоцировать мою нервозность, потому что в случае ссоры идти ей будет некуда. Мне становится стыдно за себя и больно за неё, но улыбаться, когда внутри всё печёт, я так и не научилась.
Ближе к двенадцати ночи от Лео приходит сообщение.
Я не отвечаю и не возвращаюсь, хотя прекрасно помню, что обещала. В пятницу пишу ему, что у меня неотложные дела, сама провожу весь день с Саванной на клубничной ферме.
Перед клубникой всё-таки забегаю на четверть часа в кафе, чтобы встретиться с Марлис. Она выглядит уставшей и серьёзно расстроенной.
– Не злись на Келли! – призывает меня Марлис вместо приветствия. – Я не имею представления, что произошло, но зная этого дурака столько лет, могу догадаться. Он идиот, уверенный, что образ бесстрастного подонка ему к лицу. На деле же, это единственный человек, на кого можно положиться.
– А как же Лео? На него нельзя положиться?
– Можно. Лео тоже хороший парень. И теперь, когда он… не такой мобильный, как раньше, в моём личном списке тех, кому можно доверять, он первый.
– А раньше?
– А раньше он месяцами торчал в Богом забытых местах на планете, где нет никакой связи. И хотя каким-то образом Лео всегда был при деньгах и времени не жалел, если был нужен, звонить ему, как правило, было некуда во время отъездов. Всех это бесило. И угадай, кого больше всего?
