— Ллойву! — брат тотчас встал рядом, а по другую руку встала Мильен. Не показалось, она тоже здесь.
— Это вся подмога? — вскользь спросил Дженве, отбивая щитом очередную стрелу.
— Нет, они в пути, — ответила за брата Мильен.
— Славно, славно… — и Дженве, не страшась бросился в атаку. Защитников были кратно меньше, а волки быстро теряли в числе. Эти воины были подкованы в науке убивать оборотней. «Проигрыш» — подумалось Дженве, и словно в ответ, рев огласил долину.
Небо раскололось надвое, рев заглушил все звуки, и звёзды с народившимся месяцем скрылись закрытые огромными крыльями.
— Дракон! — завизжал кто-то по девичьи.
— Держать строй!
— Не бойтесь! — понеслось со всех сторон. — В атаку!
Струи пламени от адского дыхания дракона проплавили доспехи и пробили брешь в обороне рыцарей.
— Вперёд, — Дженве бесстрашно кинулся в самое пекло, увлекая за собой и остальных.
— Это было неосмотрительно, — посетовал Ллойву после схватки, когда все зализывали раны и считали потери. Волчья стая осталась пировать на поле боя, доглалывая то, что не сгорело в адском пламени. Со стороны люди сражение выглядело ужасающе: и тень в небе, и огонь, извергаемый из пасти чудовища, и огромные волки, действующие слаженно, как воинское крыло. Неудивительно, что некоторые из врагов бежали с поля боя, оставив своих командиров. Теперь пойдут слухи, никак не помогающие наладить связи меж двух миров.
Брат не ответил. Они, как и все, укрылись после своей победы во дворе крепости. Дженве сел у стены и устало закрыл глаза. Столь сильно и безрезультатно он ещё не никогда уставал. Тоннель, что он хотел пробить в скале, чтобы вывести людей из-под осады, так и не был завершён, и потребовал кратно больше усилий, чем было рассчитано. Ллойву, наверняка, назовёт брата балбесом потому что тот не углядел рядом более мягкую породу. Или что-то в этом роде. А схватка… Она давала надежду на скорое завершение всего: тяжести от невозможности решить всё одним ударом, постоянного теперь голода. Но все понимали, что это только начало. Одна победа, но битва ещё не выиграна.
— Джев?
Дженве почувствовал тень на своем лице. Ллойву склонился над ним, потому пришлось открыть глаза. Им обоим не помешала бы декада крепкого сна и отдыха.
— Я в порядке, — проговорил Дженве. Как забавно, обычно он спрашивал у Ллойву о здоровье. Теперь роли поменялись. Подошёл и Джарий, раненный мечом в бою.
— Съёвл не прислал подмоги, знать что-то случилось.
— Процветай, господин Джарий. Ты так в нем уверен? — Ллойву повернулся к хозяину крепости, перевязанному через весь торс окровавленными бинтами.
— Я не могу ему не верить, — сказал тот. — Он клялся кровью…
— Жидкая, жидкая кровь, — пропел Бес рядом. Ллойву чуть повернул к нему голову. Снова его никто не видит, кроме тех, кому он желает показаться. Похоже на безумие, не будь там, за стеной, обгорелых трупов в тяжёлых доспехах. Запах и копоть на руках не позволяли думать, что все это плод воображения. Дженве и Мильен вышли невредимыми из этой схватки. В основном оттого, что их прикрывали с воздуха. У Дженве опалена рука, а Мильен потеряла часть своей прекрасной косы. Но, что ценно, воинственная дева не отступила, столкнувшись в бою с реальным противником. Ллойву поймал себя на мысли, что безмерно горд за то, как сестра показала себя в бою. И рад, что она с ними.
— У нас есть время для перегруппирования. Используем его с пользой, — только и сказал Ллойву, Джарий кивнул.
— Как твой брат, — спросил он, — он не ранен? Лекарь надобен?
— Я не ранен, — ответил Дженве сам, снова открывая глаза. — Ничего не нужно, благодарю.
— Добро… — И Джарий отошёл, чтобы справиться о благополучии у воинов справа.
— Что произошло пока меня не было? — удивился Ллойву, — чем ты так себя измотал? Я словно смотрюсь в зеркало.
— Ллойву… — Мильен осуждающе взглянула на брата, и присела рядом с Дженве.
— Пойдем, покажу тебе кое-что, — снова Бес, снова рядом, и снова он тянет в сторону от того, куда рвется сердце. Но Ллойву кивнул обоим асатрам и отошёл. Дженве в надёжных руках. Нет силы крепче, чем родственная. Она быстро поднимает на ноги.
— Пойдём, — Бес увлекал асатра вдоль стены, мимо раненых и уже почивших, на каменную лестницу с высокими ступенями, а после и на стену. Ллойву поднялся на самый верх. Отсюда все видно, и дотлевающие осадные орудия после пожара, и остатки вражеской стоянки. И зарево на горизонте. Дозорные удостоили его одним лишь взглядом и потеряли к нему интерес.
— Это горит Вальцуг, — Бес встал рядом, заложив руки за спину, — большая деревня рядом с Седой падью. А с той долины прямой ход на Змеиный перешеек. А там и Аст’Эллот.
— И что я должен сделать сейчас? — Ллойву взглянул на Беса, — из всех нас крылья есть только у тебя. Кстати, почему ты не мог снять эту осаду без меня?
