— Так и есть, — вновь утвердительно кивнул нарком. — Как только будет создана первая подобная бомба и появится отработанная технология, то за следующий год мы сможем сделать не менее десяти аналогичных. Обычной взрывчатки и крепких артиллерийских стволов у нас уже сейчас в достатке. С обогащением урана тоже дело станет. А десять бомб типа «Малыш» сотрут Берлин с лица земли.
Оба подразумевали атомную бомбу, созданную по «пушечной» схеме, когда использовался буквально кусок орудийного ствола нужного калибра. В разных концах закладывались сферы из изотопа урана и одним с помощью взрывчатки выстреливалось во второй. При столкновении их общая масса становилась надкритической и происходило массивное выделение энергии. Требовались миллисекунды, чтобы оба заряда урана воздействовали друг на друга. Это время и давал обрезок ствола пушки.
— Нужно придумать новое название, Лаврентий, — покачал головой Сталин. — И место для применения. Мы не американцы, чтобы уничтожать гражданские города с сотнями тысяч мирных жителей ради запугивания. Кажется, в будущем появится интересная и забавная традиция давать лёгкие и невинные наименования серьёзным видам оружия. Полагаю, мы можем уже в наше время запустить её. А ещё, Лаврентий, начинай плотно работать по ядерной программе. С этого дня ты главный куратор.
— Хорошо, Коба.
— Это всё?
— Нет, есть ещё приятные новости, — ответил ему нарком. Из его папки на свет появился новый лист бумаги. — Из документов с устройства из будущего выудили крайне интересную информацию. В начале двадцать первого века в Индии в штате Керал в храме Падманабхасвами, — чтобы прочитать чуждое название ему пришлось взглянуть на документ, — были найдены сокровища стоимостью на двадцать два миллиарда долларов. Примерный вес украшений и изделий из золота с драгоценными камнями равен тридцати тоннам.
— В наше время сумма насколько будет различаться? Уже была сделана оценка? — уточнил Сталин.
— Тогда оценка велась с точки зрения культурной и исторической ценности. Можно только гадать, сколько сейчас те сокровища могут стоить. Но точно не ниже тех же двадцати двух миллиардов.
Сталин на несколько секунд замолчал. потом спросил:
— Ты предлагаешь забрать эти сокровища?
— Да, — твёрдо произнёс нарком. В беседах с главой государства нельзя было проявлять сомнения и малодушие в подобных темах, которые сам же и поднял.
— Международный скандал будет обеспечен. Англия потребует за это ответить, а нам сейчас не с руки с ней ссориться.
— Англия не узнает. Точнее узнает то, что мы ей позволим узнать, Коба, — сказал Берия. — Нам нужны эти деньги. Очень и очень нужны. Покупатели найдутся в Америке и в той же Англии среди частных лиц. В самом крайнем случае золото можно переплавить в слитки, а драгоценные камни установить в новые украшения и продать по цене обычного, а не исторического украшения. За границей такой подход никого не удивит, ведь мы уже подобное делали, когда выставляли на торги императорские ценности, когда срочно нуждались в валюте. К тому же, даже в двадцать первом веке клад лежит мёртвым грузом. При этом насколько удалось выяснить, большая часть населения Индии влачит нищенское существование. И это
— Насчёт него поподробнее, Лаврентий.
Берия подробно рассказал о возможном вероятном будущем одной из индийских провинций, где стараниями англичан всего за год от голода умрут четыре миллиона человек.
Слушая наркома. Сталин делал пометки в блокноте перед собой.
— Изъятие сокровищ из храма можно свалить на англичан, чтобы обострить их противостояние с местными жителями. В будущем это поможет уменьшить степень влияния одних на других, — вновь вернулся к старой теме нарком. — Меньше будут лезть в наши дела. И заодно использовать немцев, чтобы британцы рыли землю там, где нужно нам.
— Ты хочешь в той операции задействовать Дианова?
— Нет, — Берия резко мотнул головой.
— Объясни, почему так, — хозяин кремлёвского кабинета пристально посмотрел в глаза своему собеседнику.
— Я уже предоставлял доклад о способностях Дианова. В последних указывал, что в своих заговорах он дважды упоминал имена славянских языческих богов. Может так случиться, что в индийском храме произойдёт некий аномальный инцидент, последствия которого сейчас не выйдет предсказать. Нам же выгодно обходиться без такого рода эксцессов, на которые никак не в силах повлиять и предугадать. И так слишком много неизвестных составляющих крутится вокруг этого человека.
— Я понял. Хорошо, пусть так и будет.
