— Значит вот какого мнения ты обо мне? — он зловеще спрашивает, прожигая при этом меня своим устрашающим, лютым взглядом. В любой другой раз я бы сжалась, в страхе получить выговор, но не сейчас. Не после всплывшей наружу правды. — Это твоя благодарность за всё, что я для тебя сделал? Да как ты смеешь так на меня смотреть, при этом защищая своих родителей! — он с таким отвращением и неким фырканьем произносит последнее слово, что моя злоба на него доходит до немыслимых высот. — Ты действительно защищаешь свою непутёвую мать и отца, которые ни черта, кроме страданий, не смогли бы тебе дать?! Этих людей ты сейчас жалеешь? Ты должна понимать, что если бы они тебя воспитали, то ты, как и твоя разгульная мать, с малых лет…
— Да! Да, я защищаю свою маму и своего папу! — я кричу, не сдерживая обиду от услышанного. Поверить не могу, что Ричард готов без доли вины сказать мне нечто подобное о них.
— Ты действительно думаешь, что раз твоя мать не оборвала беременность, значит она тебя хотела и любила, Нила? — он спрашивает меня тихим, спокойным голосом с легкой, нервозной улыбкой на губах, при этом глядя на меня так, будто я несу какую-то несусветную чушь. — Ты на это надеешься, не так ли? Срать хотела она на тебя, Нила. Впрочем, как и твой папаша, — Ричард с брезгливым видом отвечает, но мне плевать на его слова, ибо он понятия не имеет о чем говорит. Он их не знал. Он ничего не знал о моей семье. Он лишь пытается убедить меня в том, что злодеями этой истории являются мои родители, но никак не он.
— Тебе что, совсем плевать, что они погибли по твоей вине? — я с неподдельным смятением в голосе спрашиваю, понимая, что Ричарда никогда даже совесть не мучила за случившуюся аварию, в результате которой я сама чуть не погибла. — Но раз так… Раз ты заявляешь, что твоей вины в этом нет, так почему я здесь? Я-то тебе зачем сдалась? Я тебе никто, впрочем как и ты мне. Ты мне не отец, не дальний родственник, ты просто мужчина, по вине которого я осталась сиротой. Так почему же тебе просто не забыть обо мне, как и о произошедшей аварии? Десять лет тебя не волновало моё существование, так почему после стольких лет ты вдруг обо мне вспомнил? К чему всё это? Неужели, всё это лишь для того, чтобы я в будущем не создавала тебе проблемы? Чтобы не возникала по этому поводу, поскольку все эти годы жила за твой счёт?
— Ну раз мне всегда было плевать на тебя, Нила, тогда скажи мне на милость, почему ты вообще жива? — он может и не кричит, но он явно непомерно сильно разозлился на меня за сказанное. По всей видимости, его сильно задели мои слова и моё видение всей этой ситуации в целом. — Кто оплатил твоё лечение в больнице, после случившейся аварии? Кто купил квартиру, в которой ты жила всё своё детство вместе с бабушкой? Кто оплачивал все счета? Я! Я сделал всё, чтобы у тебя было счастливое детство! Я дал тебе всё! Не твои родители. Я!
— Пиздёж, — я дрожащим, но уверенным голосом ему отвечаю, поскольку сказанное им не может быть правдой. Я может и была ребёнком, который толком ничего не понимал, но я чётко помню дни, когда мне нечего было есть. Как бы я не хотела, но я никогда не смогу забыть то чувство, когда у меня ужасно болел живот, поскольку не было еды. То, как я пыталась как можно скорее заснуть, дабы не чувствовать мучительного голода. Я всё ещё помню, как просыпалась ранним утром лишь с одной надеждой — лишь бы на столе было хоть что-то съестное. Бывали дни, когда меня, как бродячую вшивую собаку, подкармливала соседка из жалости. К тому же я всё своё детство прожила в небольшом частном доме на окраине города. Никакой квартиры не было, так что это лишь очередное доказательство лжи Ричарда. Как у него язык вообще поворачивается такое мне говорить? Счастливое детство… Старая, потрёпанная одежда, запредельная бедность и голодные ночи — это он называет счастливым детством? — Просто признай, что ты отнял у меня всё, а затем открестился на десять лет, даже не думая о произошедшем. Ты удочерил меня лишь затем, чтобы избежать будущих проблем со мной, — его лживые слова так сильно меня задели, что я просто не могу контролировать свой тон. Именно поэтому он звенит от злобы и ненависти. Я действительно хочу услышать его ответ, его признание в том, что он мне нагло врал в лицо. Но вместо этого он молча разворачивается ко мне спиной и уходит, напоследок с силой захлопнув дверь.
Комментарий к Глава XIII. Ничего ты не знаешь, Нила Риддл.
Эта глава в самом деле отличается от всех предыдущих. Сама не люблю подобное «стекло» в работах, но без этого никак.
Надеюсь, Вам нравится моя работа, и если она в самом деле пришлась Вам по душе, то, пожалуйста, ставьте «палец вверх». Это многое будет для меня значить.
========== Глава XIV. Я ничего не помню. ==========