— Он сказал, что любит меня, — её слова словно гром средь бела дня. Я пораженно на неё таращусь, а она опускает глаза. — Да, я поверила ему, хоть и не стоило, ибо он был тогда в стельку. Для него эти слова ничего не значили, но вот для меня… Будучи пьяной и до ужаса счастливой, я поддалась эмоциям, и мы с ним переспали. И именно в тот момент, когда я была на Кинге и целовала его, в комнату вломилась взбешённая Лиззи, и буквально вся школа видела нас двоих в постели. После этого все стали считать, что я последняя сука, которая соблазнила пьяного парня лучшей подруги, тем самым разрушив их отношения.
— А что потом?
— Потом? — тяжело вздыхает девушка. — Потом начался новый учебный год. Лиззи перешла на домашнее обучение и стала игнорировать любые мои попытки с ней поговорить, отрицая при этом моё существование. И как ты уже знаешь, все друзья Лиззи и Кинга возненавидели меня, а сам Кинг… Понятия не умею, что у него в голове. Он стал избегать меня, а когда кто-то начинал в его присутствии надо мной издеваться, он просто молчал. Вплоть до вчерашнего дня, — на секунду она замолкает, и я вижу легкую улыбку на её губах, что настораживает. — Знаешь, в детстве меня часто дразнили из-за волос, а он всегда заступался за меня. Он никому не давал меня обижать. И…
— Почему мне кажется, что ты собираешься его простить? — я резко обрываю её возвращение к детским воспоминаниям, поскольку не хочу слушать о том, каким был заботливым и хорошим другом Александр. Я с недовольством на неё кошусь, ибо она говорит так, будто ублюдское поведение парня можно с лёгкостью оправдать тем, что он переживал тяжелое расставание, а вчера он, наконец, вспомнил, что раньше они были друзьями, и заступился за неё.
— А почему нет? — обиженно спрашивает Бонни, хмуря брови. — Я не хочу разрушать нашу с ним дружбу из-за этого. Моя обида того не стоит.
— Бонни, ты сейчас серьёзно? — я, не веря своим ушам, переспрашиваю. — Собираешься проглотить все обиды и сделать вид, будто всё хорошо? После того как он использовал и опозорил тебя перед всеми? Он ведь даже на секунду не задумывался о том, что ему стоит извиниться перед тобой! Это же высшая степень убогости, Бонни.
— Да, Нила, я убогая! Но лучше я наступлю на свою грёбаную гордость и верну дружбу, которой мне так не хватает, нежели буду жалеть о том, что стала строить из себя хрен пойми что, — она, крайне резко отреагировав на мои слова, вскакивает со своего места и покидает спортивный зал, будучи незамеченной Тронутым, которого сейчас больше волнует то, что Брайан неудачно упал и, кажется, вывихнул лодыжку. Я же с меланхоличным видом наблюдаю за тем, как на полу корчится от боли мой несносный братец, а Кинг под всеобщие взгляды зевак помогает другу подняться на ноги, закинув руку того себе на плечо. Обеспокоенный произошедшим тренер велит Александру донести Брайана к мед. кабинету, чтобы тому оказали нужную помощь. Наблюдая за тем, как парни покидают спортивный зал под всеобщий гул, я задаюсь вопросом, смог бы Кинг наступить на свою гордость и по-настоящему, искренне и по собственной воли извиниться перед Бонни за то, что он сделал. Но почему-то я полна сомнений на этот счёт. Его максимум — это кинуть сухое прости, которое ничего для него не значит.
Комментарий к Глава VI. Кто ж знал, что у тебя есть сердце.
Буду с нетерпением ждать Ваши отзывы. Надеюсь, Вам нравится моя работа, и если она в самом деле пришлась вам по душе, то, пожалуйста, ставьте «палец вверх». Это многое будет для меня значить.
========== Глава VII. Черта, которая осталась позади. ==========