— Поздравляю, внучка! Так держать! Ты умница! — похвалил и вернул конверт.
— Дед! Это тебе! Я и так у тебя на шее полгода сидела! Возьми хотя бы это! — вложила в его руку.
— Не нужно! Оставь себе, ты честно заработала!
— Нет! Это мой первый большой заработок! И я хотела отдать его тебе, в благодарность за все, что ты для меня сделал! — говорить при его внуке было неудобно, но сделать с этой ситуацией я ничего не могла, он здесь полноправный хозяин, а я — на птичьих правах.
— Ладно! Но только в этот раз! — тепло улыбнулся дед. — Внучки мои, я — спать и вам советую! Завтра снова на работу! Прошу вас, не ссорьтесь и не деритесь, ладно? — мы просто кивнули, так как пообещать никто из нас не мог. Дед ушел, за ним и я, слыша как Мирослав шумит в своей комнате за стеной. Нас отделяет всего лишь стена!
Такое странное чувство! Двоякое! Вот прямо ж бесит меня, но при этом меня к нему тянет! Хочется знать, что же он сейчас делает в своей комнате, о чем думает? Хотя…хорошего он точно ничего не думает! Я потрогала свои губы, все еще помнящие вкус его поцелуя. Это первый поцелуй, вызвавший у меня такую бурю эмоций, впервые хотелось продолжения нашего безумия. Больше я не поведусь на его уловки, ишь нашелся великий соблазнитель! Пусть теперь сам мечтает о моих прикосновениях! Теперь я буду его провоцировать, но от поцелуя его я ни за что не откажусь! Просто теперь он будет жертвой! — с такими мыслями я и уснула.
Проснулась уже в два часа ночи от жажды. Жареные котлетки давали о себе знать! Я не стала зажигать свет, накинула на себя коротенький халат и завязала пояс на талии. Крадучись, чтобы не потревожить ничей сон, пошла на кухню за стаканом воды, как услышала шуршание и чавканье. Этот кто-то явно не хотел, чтобы его обнаружили, даже свет включать не стал.
Я выглянула из — за угла. Мирослав в шортах и тапках стоял у раскрытого холодильника — единственного источника света, и быстро ложкой запихивал в рот то макароны прямо из кастрюли, то кусочек холодной котлеты. Мне кажется, что он сразу глотал, забывая жевать! Очень торопился, чтобы не застукали! Вот любитель холодной пищи! Но картина умилила! Не такой уж он и ледышка, каким хочет казаться!
Я не стала выходить из-за угла и обвинительно орать «Попался?!». Притаилась за углом, слушая, как аппетитно кушает вредина. Парень наелся, счастливо вздохнул и на цыпочках стал красться к своей комнате. Я подождала, когда за ним закроется дверь и только тогда выползла из своего укрытия. Налила стакан воды, сделала пару глотков и выронила стакан, услышав холодное за спиной:
— Ты все видела?
Я закашлялась, а он каким — то чудом поймал стакан в темноте, хотя вода и расплескалась по полу. Отнекиваться не было смысла.
— Допустим, видела! И что?
— Почему тогда не злорадствуешь? — прищурился, подойдя слишком близко.
— А зачем? Я слишком хорошо знаю, что такое голод, — честно и просто ответила ему. Он больше ничего не сказал. Я протерла пол шваброй, чтобы никто не поскользнулся, и ушла в комнату досыпать.
Проснулась от разговоров полушепотом. Проморгалась, прислушалась, поморщилась. Мирослав снова выспрашивал деда обо мне. И хотя он старался понижать голос, все равно до меня доносились обрывки фраз. Я оделась во вчерашние джинсы и сменила ночную маечку на розовую тунику.
Так как я сама стала зарабатывать, я могла потратиться на понравившуюся вещь или заскочить в тот самый салон с красивым бельем и прикупить новенький комплект. Продукты я тоже старалась покупать сама, чтобы не нагружать деда, да и как — то отблагодарить. Хотелось тоже чем-нибудь ему помочь, да хоть бы просто порадовать!
Я тихо вышла из комнаты, чтобы не смущать мужчин своим присутствием, и пошла придумывать завтрак. Вчера продукты покупал дед, что тут у нас есть? Я обнаружила несколько брикетов с творогом, взяла два яйца и стала замешивать тесто для сырников. Быстро нажарив целую тарелку ароматнейшего лакомства, поставила на стол и достала из шкафчика джем. Потом сделала пышный омлет и вскипятила воду для кофе.
Теперь можно и к завтраку звать, а то деду скоро на съемку бежать надо. Я приблизилась к комнате деда и услышала его раздраженный голос:
— Мир! Если тебе так интересно — спроси ее сам! Я не собираюсь шушукаться за ее спиной! Это очень некрасиво! — отчитывал внука.
— Ясно же, что она соврет!
— Она — не врет! В этом нет никакой необходимости. Ей и так пришлось несладко, не заставляй ее вспоминать все снова!
Я взяла себя в руки, морально приготовившись к оскорблениям, и громко постучала.
— Алина! — тепло улыбнулся Мироныч.
— Пойдем кушать, а то на работу опоздаешь, — сказала, не глядя на вредного внучка, после чего развернулась и пошла делать кофе. Деду сразу сделала напиток, зная о его предпочтениях, а потом навела кофе и себе, добавив немного молока, но без добавления сахара.
Больше ждать я не стала и принялась потягивать кофе, время от времени отправляя в рот кусочек ванильного сырника и жмурясь от удовольствия. Вкуснятина!
