Ее молчание, как показалось, несколько смягчило его.
– Поверь мне, моя помощь и поддержка тебе очень понадобятся, если ты собираешься выходить за пределы комнаты, в которой провела последние дни…
– Я могу выходить за пределы комнаты?– с интересом спросила Влада. Впервые за все эти дни она услышала что– то, от чего ее не охватила неконтролируемая ярость.
Карима почему– то это оживление девушки позабавило.
– Да, асфура… Можешь… Я же говорил тебе. Отсюда некуда бежать…И никто тут тебе не поможет…Поверь моим словам…
Влада ничего не ответила, лишь поджав губы.
– Вот посмотри, Влада,– встал, наконец, со своего места Карим, – ты снова почти вывела меня из себя. Ты вообще очень быстро заводишь меня,– он бросил на нее один из тех своих горячих взглядов, которых, как поняла девушка, ей следует опасаться,– мне снова пришлось нагрубить тебе, чему ты и рада, потому что хочешь и дальше изображать меня в своем уме жестоким и глупым насильником. Но все же я сейчас хочу, чтобы ты включила свой ум, который, я уверен, есть у тебя. И внимательно послушала, что я хочу тебе предложить.
Влада посмотрела на него, показывая, что готова его слушать.
– Я не буду предлагать тебе стать моей любовницей, знаю, что ты заранее включишь свое упертое «нет», а вместе с ним наденешь маску страдания. Мое предложение другое– даю тебе мое мужское слово, что мой член не войдет в тебя до тех пор, пока ты сама этого не попросишь, но…
– Я согласна, конечно,– перебила его Влада.
– Это твое окончательное слово? Ведь ты не дослушала меня,– он попытался вселить в нее толику сомнения, но главное она услышала.
– Окончательное. Мысль о том, что ты никогда больше не изнасилуешь меня, просто счастье.
– Что ж. Я действительно тогда обязуюсь, как ты говоришь, не насиловать тебя, если ты об этом сама меня не попросишь,– повторил он, сделав акцент на последних словах.
Влада усмехнулась,– Уж поверь мне…
Карим усмехнулся в ответ,– Асфура, асфура, как же ты еще наивна… Поверь мне, сердце крайне переменчиво, я знаю это по себе…
– Не мое,– отрезала Влада.
Он задержал на ней свой взгляд и, казалось, немного помрачнел, но потом продолжил.
– Что ж, ты уже согласилась на мое предложение, хотя еще не дослушала его до конца. Теперь ты все же дослушаешь, но права поменять своего решения у тебя уже не будет…
Влада немного напряглась, но ничего не ответила.
– Я действительно не стану больше повторять того, что было в те ночи. Мне и самому это не очень понравилось. Но отныне я требую уважительного отношения как ко мне, так и к другим людям, воюющим со мной. Я буду относиться к тебе уважительно, аналогично и мои люди, я это гарантирую. Но если ты хоть раз покажешь свой острый язычок, да хотя бы даже фыркнешь вот так, как ты сделала это за наш сегодняшний разговор уже несколько раз, я буду воспитывать тебя соответствующим образом, как посчитаю нужным, как пожелаю. Любое твое неуважение не будет оставлено без внимания… И поверь мне, традиционный секс для тебя на фоне моих желаний покажется невинным и быстрым лепетом. Ты даже не представляешь, какие формы развлечений для нас я могу придумать… И ты не сможешь сказать мне нет. Ни на что.
– Решил попробовать новые формы насилия на мне? Что ж, я не сомневалась в твоей…
– Дейр балик (араб. (здесь)– следи за своим ртом), Влада… Я сказал тебе, что наша договоренность уже действует,– он осек так строго и повелительно, что она тут же замолчала, мысленно ругая себя за такую оплошность, которая могла принести свои плачевные последствия уже сейчас.
Заметив ее смятение, он продолжал с плохо скрываемой улыбкой,
– Не волнуйся, я не буду пытать тебя. Речь идет о том, что доставит удовольствие мне…и тебе, хотя ты и отметаешь эту мысль так яростно.
Влада глубоко вздохнула,– Например…
В его глазах блеснул огонек, на губах– провокационная улыбка…
– Давай пофантазируем вместе, раз уж ты так хочешь…Ну, скажем, в наказание, я могу раздеть тебя и поиграть с твоим телом, нет– нет, я не буду входить в тебя своим членом, я же говорил, но поверь, это будет не менее чувственно,– на ходу ответил он на затаившееся было на ее губах возражение, – я могу попросить тебя станцевать мне, приласкать меня, да что угодно, это лишь так, наброски… Может ты к моему сожалению станешь вообще настолько вежливой, что мне так и не удастся вновь увидеть, что же скрыто под этой абайей…Знаешь, ты сейчас даже более сексуальна, чем в том шармутском свитере. Мужчину всегда притягивает манящая неизвестность.
– Мы договорились, что и ты не будешь меня оскорблять,– перебила его Влада.
– Разве это оскорбление, асфура? Я лишь восхищаюсь твоей красотой. Поверь мне, эта игра будет стоить мне немалых сил. Трудно держать себя в руках в присутствии такой красавицы…
– Прошу тебя, Карим– она закрыла глаза, опасаясь его темперамента.
– О, асфура, как я жду, что ты скажешь эти же слова, только моля меня войти в тебя….– его забавляла ее реакция. Он снова побеждал ее. Но в глубине души Влада уже знала, как сможет ему отомстить.
– Что будет, если ты нарушишь свое обещание и все же возьмешь меня силой?– деловито спросила она.
