Куртиян вообще был очень интересный игрок. Несмотря на небольшие габариты, он был не той моськой, что только лает на слона, а той, что может больно слона укусить. Саша был неординарен, его игра была творческой, с массой ходов и продолжений, которые могли поставить в тупик даже меня, его тренера! В сложных ситуациях он всегда находил решение проблемы. С его приходом мы очень много выиграли в игровом плане, а с появлением Саши Горшкова - в профессиональном. Этот человек создавал прекрасную ауру. Что касается самоподготовки, внедрения этой линии в команду - Горшков оказался выше всех. Моей любимой фразой всегда было масловское: «Как сам себя подготовишь, тебя ни один тренер не подготовит». Тренер ведь делает нагрузки на сто процентов, на пятьдесят и тонизирующие занятия. И человек, который превращает сто в пятьдесят, а пятьдесят - в тонизирующие занятия, крадет сам у себя. Умение делать наоборот приводит к выдающимся спортивным достижениям и долголетию, что Горшков доказал своим примером. Можно выпивать, заниматься сексом, вести себя как угодно. Но это можно делать и в тридцать, и в сорок лет. А в футбол на высоком уровне играют, по большому счету, до тридцати. И только единицы, фанаты, футбольные пуритане могут играть до сорока.
Летом 1997 года пришел еще один игрок с Украины, центрфорвард Геннадий Попович. У него были некоторые проблемы со здоровьем. Гена обладал отличными бомбардирскими качествами, но показатели физподготовки оставляли желать лучшего. Мы знали о некоторых его проблемах, которые впоследствии проявились, и использовали его так, чтобы Попович мог играть без опаски за здоровье и при этом приносить пользу команде.
Неприятности со здоровьем, кстати, были и у Панова, но он сумел психологически и профессионально вырасти до уровня игрока сборной.
Александр Горшков, полузащитник «Зенита», обладатель Кубка России-99, чемпион России-2007, обладатель Кубка УЕФА-2008:
В первую очередь хочу отметить, что я оказался в «Зените» и в итоге добился своих нынешних успехов благодаря Анатолию Федоровичу. Именно он настойчиво звал меня в команду, именно при нем я начал играть в основном составе. За это я ему очень благодарен. Да, по истечении какого-то времени перестал попадать в основу, что тогда воспринимал очень остро. Но футбол потом рассудил нас. Анатолий Федорович ушел из команды, я же продолжал играть. На следующий год выиграл Кубок России, остался в клубе на долгие годы. В каком стиле он работал? Я бы не сказал, что Бышовец был тренером-демократом или тренером-диктатором. Он - интеллигентный человек. Общался с игроками культурно, вежливо. В раздевалке никогда не опускался до криков и нецензурной брани. Штрафы? Да, были - в частности, за нарушения режима. Не любил, когда люди ругаются матом. Постоянно об этом говорил. Отметил бы его начитанность. Нередко на собраниях он, как говорится, просвещал футболистов. Знаменитая библиотека Бышовца - это не миф, а реальность. Не знаю уж, при Бышовце ли она появилась на базе, но именно по его просьбе ассортимент книг постоянно обновлялся. У него всегда была своя точка зрения на игру. В годы работы в «Зените» он проповедовал более оборонительный футбол. Может быть, это было связано с подбором игроков. Но тренер, который выиграл Олимпиаду и добился большого успеха в России, заслуживает самого искреннего уважения. Он прошел с «Зенитом» начальный этап создания клуба европейского уровня. При нем «Зенит» начал крепко заявлять о себе, при нем в 1998 году мы впервые долгое время возглавляли турнирную таблицу. Он привел в «Зенит» и сильных игроков, которые в дальнейшем обеспечили команде высокий результат. Та к что Бышовец, безусловно, сыграл свою роль в становлении клуба.
* * * Многие не могут понять о футболе главного. А главное - в том, что произошло с «Зенитом». Когда мы были на сборах в Бельгии в 1998 году, в расположение команды приехал Мутко. Мы сыграли контрольный матч, следующий день объявили выходным. Я засиделся с президентом допоздна…
Проснулись мы утром от стука мячей. Выглянул в окно - там наши ребята играют в «дыр-дыр», кто-то бьет по воротам, кто-то сражается в теннисбол. Их никто этого делать не заставлял! Что же за год должно было произойти, чтобы футболисты в выходной день, до завтрака шли заниматься любимым делом! Значит, выросло профессиональное отношение к делу, значит, взял свое азарт самосовершенствования…
Мутко смотрел на это, а потом протянул: «Теперь я понимаю, почему я вчера не узнал Овсепяна». И действительно, президент его не узнал. Ведь когда Сако пришел, ему было очень тяжело. И некоторые хватались после первого сбора за голову - дескать, кого мы взяли?! Овсепян очень трудно вписывался в команду, плохо говорил по-русски, скромничал. Ему вовсю на первых порах помогал Березовский. В то же время у этого игрока были отменные качества, он мог играть и правого, и центрального защитника. И наконец обстановка в команде помогла ему раскрыться.
