Имелась такая притча, о том как Санчес дал своему родственнику пятьсот монет и попросил привести ему осла. Но осёл умер в дороге, а родственник прогулял все пятьсот монет. Тогда Санчес велел отдать ему мёртвого осла, и родственник сделал это. Санчес объявил лотерею и продал тысячу билетов по две монеты. Победителю сообщил, что приз умер и показал ему мёртвого осла. В счёт компенсации вернул победителю две монеты, за потраченный билет.
Вот такая история о предприимчивом Санчесе и его мёртвом ослике.
— Ничего кроме чая не взяла, — услышала голос Ярослава Васильевича. Он явно пребывал в хорошем настроении, это чувствовалось.
Я захлопнула свой планшет и натянула улыбку. Но он всё равно увидел, что я читала.
— В отличие от вас, я ужинала, — строго ответила ему. — Нам надо поговорить.
— О мёртвом осле? — усмехнулся босс.
Ярослав Васильевич забрал моё пальто с соседнего стула и помог мне надеть его.
Красивый мужской жест. Но секретарша должна быть обласкана боссом, я так считаю.
Я ждала, когда он предложит мне свой локоть, но Ярослав Васильевич этого не сделал, прошёл вперёд.
Мы заходили не с центрального входа в этот клуб, и выходили тоже через тёмные лестницы, в дверь с бокового фасада здания. Ни с кем не столкнулись. Машина заехала на тротуар, и я сделала всего пару шагов в туфлях по ледяному асфальту, водитель открыл мне дверь.
Автомобиль представительского бизнес-класса. Большой, просторный и комфортабельный. Дерево присутствовало, кожа подходила по цвету. Полная комплектация, полный комфорт, полный улёт! Пахло кофе и чем-то горячим. Это его парфюм, пряный и манящий.
И почему-то хорошо и спокойно от этой ароматерапии.
Я и в прошлый раз чуть не задремала, сейчас подумала, что и вовсе усну в этом мягком кресле, которых сзади было всего два. Но зато каких! Подголовники, подлокотники, откидывались и подушечки имелись. Ящик между сиденьями раскладывался в настоящий стол, но когда я села в машину, Ярослав его убрал.
— Так о чём ты хотела со мной поговорить? — он не достал свой ноут или планшет, похоже мы всё-таки будем отдыхать с этой минуты.
— Я конечно не Санчес, и мёртвый ослик мне не нужен. Знаете, вы, наверное, ошиблись во мне, Ярослав Васильевич. Всё-таки если бы мой осёл умер в дороге, я бы несчастное животное забрала, чтобы похоронить. Не особо я хваткая.
— А что, если Санчес изначально хотел разыграть осла в лотерею? Каков будет твой ответ на это? — улыбнулся босс.
— О-о, — протянула я, задумавшись. — Это совершенно иные условия задачи. Пожалуй, я бы постаралась осуществить задуманное, но не таким способом. Потому что изначально продажа билетов с уже мёртвым ослом — это мошенничество, и нет в этом никакого предпринимательства.
— А вот здесь ты глубоко ошибаешься. Весь бизнес строится на подобных схемах. Как бы ты поступила, если бы у тебя были лотерейные билеты, но не было приза?
— Я бы взяла в долг пятьсот монет, купила бы нового ослика, а родственничка поставила бы на счётчик, — не обращая на заливистый смех Ярослава, продолжала, — в итоге я не заработала бы с первого раза большую сумму: пришлось бы вернуть долг, и остались потерянные пятьсот монет, которые родственник, естественно не собирается возвращать. Зато я бы получила гораздо круче выгоду.
— Чистую совесть? — посмеялся надо мной Ярослав.
— Хорошую славу, и бесплатную рекламу моим лотереям, а это значит, что в следующий раз я обязательно выйду в плюс, чуть повысив цену на билет.
Он замолчал, искоса поглядывая на меня с улыбкой.
— Это всё, о чём ты хотела поговорить?
— Нет. Можете быть уверены, вашу проверку я прошла. Это так наивно, Ярослав Васильевич, ну я от вас ожидала более продуманного плана. Доступа к базе юротдела у вашей Элечки не было, он появился, когда я начала работать уже после обеда. Потом подослали мальчишку, вы думали, что я клюну на внешность и голос. Это исключено! Да, возможно я не так много получаю, выплачивая ипотеку, но клюнуть на полмиллиона, не задумываясь о последствиях, это верх дурости! За кого вы меня принимаете? Даже обидно. Мне же сорок лет, и вы это прекрасно знаете.
— Какой интересный набор слов.
На его лбу появились глубокие морщины, съехались к переносице широкие брови, и опять холодные глаза скрылись в их тени, потеряв на время свой цвет, став просто тёмными.
И тут я поняла, что он меня не проверял.
Достала телефон и показала Ярославу историю операций по моему банковскому счёту.
— Мальчик, белокурый, крашеный, с родинкой на щеке, сказал, что за информацию о том, когда у вас вылеты в Стамбул и Швейцарию, платит мне деньги, и сразу перевёл. Угрожал, что вы не поверите… Вот ещё сообщение прислали. Ярослав Васильевич! Не пугайте меня! Разве могут быть такие лохи?
— Серёжа, поворачивай обратно, — спокойным голосом сказал босс и достал свой телефон. — Бывают, пупсик, ещё как бывают.
— Деньги надо вернуть?
— Оставь себе… Малыш.
— Я так не представлялась ему, и пупсиком тоже, — недовольно бурчала я, а у самой мурашки по коже от происходящего.
