Малыш совсем притих, я быстро переодела его и запеленала, чтобы ручки не болтались, чепчик надела, чтобы лучше спалось, и аккуратно положила в коляску. С этой коляской пришла на кухню. Дим Димыч, очутившись в проветренном помещении и в своей коляске почти сразу уснул.
И воцарилась полная тишина в квартире.
Мясо в кастрюльке отделилось от костей, бульон почти выпарился. Я быстро достала овощи, надела старый фартук, который принадлежал моей маме, и принялась стряпать.
Вроде бы и моя квартира, даже посуду себе новую не купили, всё здесь было моим, я что смогла, то унесла.
Жарко, и скорее всего мой шикарнейший костюм провоняется этим супом. Не то чтобы я собиралась возвращаться к Ярославу, скорее всего нет. Я даже отступные не возьму. Он просто исчез из моего сердца в одно мгновение.
Поговорю с ним, точно знала, что спокойно смогу от него отказаться.
Я буду вспоминать.
У Ярослава уже были любовницы, и он наверняка также их любил, ласкал, возможно, он также их проверял. Не знаю, не интересовалась особо. Так вскользь из обрывков фраз собрала общую картину. Слишком много работал, а работа иногда портит личную жизнь. Не знаю как там несчастная Нина со своим Шуриком.
Это отвратительно!
И эта квартира тоже.
Я быстро нарезала овощи, закинула, добавила кипятка. Хотела убрать на кухне, посуду помыть, но услышала что кто-то пришёл. Суп отключила, ребёнка оставила на кухне, закрыла дверь и, сжимая сумку, вышла в прихожую.
Наткнулась на своего бывшего мужа и его любовницу.
— Ты какого чёрта здесь делаешь?! — заорала неадекватная баба, заметив меня.
— Не ори, твоя дочь спит.
— Вера, подожди, не кричи.
— Что, не кричи?! Что уставился на неё?! Почему ты смотришь на неё?!
Потому что я шикарно выглядела, и у расплывшегося Андрюши челюсть отвисла.
Помнилось мне, что бегал за мной, кадрил беспощадно, и действительно любил. Работу искал, даже зарабатывал. А потом что-то где-то пошло не так. Какая-то шлея под хвост попала, вот эта, похоже, которая могла и в драку полезть.
Что и произошло.
— Андрей, дай мне уйти! — сквозь маты его любовницы, крикнула я. — Андрей, дай, я уйду!
Мужик навалился на свою бабу. Вымотанные мать и дитя не проснулись.
Схватив своё пальто, я выскочила из квартиры и побежала быстрее вниз.
— Света, да как ты их терпишь! — неслось сказанное старой соседкой.
— Я здесь не живу! — крикнула в ответ, одеваясь на ходу.
Выскочила на улицу и быстро побежала к дороге, чтобы поймать такси, теперь я к себе домой, нужно забиться в раковину и забыть всё!
Я переезжаю в Ярославль, это решено. Мне здесь плохо.
Хочу домой.
— Света, Светочка, Света! Родная, прости меня!
— Андрей, иди домой!
— Светочка, милая, у тебя ножки замёрзнут, — он оббежал меня и перегородил дорогу.
— Поэтому мне срочно нужно в такси.
— Я отвезу тебя.
Он свою машину не продал. В отличие от меня.
Насколько всё справедливо, решать только мне. За то, что ты дура — плати! Я была дурой! Я прописала мужа, я дала ему шанс претендовать на часть квартиры. Всё! Дальше можно не рассуждать. Он умеет уговаривать, ему было необходимо, хоть чем-то владеть, как только овладел, сразу себя показал во всей красе. Хозяин херов.
Андрей тыкнул в брелок, и открылись двери его старого внедорожника, припаркованного на месте, которое числилось за нашей квартирой.
Я пробежала к машине и забралась в салон.
Настолько хорошо я выглядела, что Андрей глаз с меня не спускал. Обходительно включил кондиционер.
— Сейчас, в ножки тебе направлю. Ты на работу устроилась?
— Да. Но я не знаю, стоит ли там оставаться.
— Ты умница, думаю, чтобы ты не захотела, всего добьёшься. Куда тебя?
— Домой. Выхино-Жулебино.
— Не вопрос, сейчас долетим. Свет, ты просто потрясающе выглядишь!
— Спасибо, — равнодушно ответила ему.
— Общаешься с кем-то, там у тебя вроде подруга живёт, — продолжал разговор.
— Ира, да. Я к ней ездила раньше, — нехотя ответила я.
— Два крестника твои.
— Точно, — отвернулась от него и смотрела на знакомые улицы.
Андрей Ярослава младше всего на четыре года, а выглядел хуже. Видимо попивал или любовь неземная с этой стервой уже подходила к концу, вялому такому, небольшому концу.
Ему звонили, он смотрел кто, и скидывал звонок.
По Октябрьскому проспекту до Жулебино рукой подать, так что мы не просто доехали, а долетели.
— Сюда, — указывала я дорогу.
— Да, сынок! — всё же ответил на звонок Андрей. — Выгнала родную мать? Ну, правильно, только уснула, Вера орать стала. Хорошо, я не против, пусть пиздует в свою общагу. Я? А почему я, у меня часть в квартире. Да, нормально всё, я не буду её приводить, живите спокойно. Ты на работе? Да, я тут к маме решил заскочить. Да, подвезу её. Конечно, попрошу прощения, обязательно. Всё, Димон, не нагнетай!
Я скривила ухмылку, чувствуя, как он пялится на меня.
— Что-то тут у вас не протолкнуться, — Андрей вытягивал шею, разглядывая двор, в котором встали аж три машины с затемнёнными стёклами, одну из которых я точно знала.
— А ты тут останови, — усмехнулась я.
— Сейчас, — Андрей напряжённо высматривал местечко и нашёл. Остановил машину и выскочил, чтобы меня проводить до дома.
