Двери за моей спиной закрылись, свет погас, и состав остался стоять на путях, явно не собираясь никуда уезжать. Хотя дальше по станции виднелся въезд ещё в один тоннель.
Робот развернулся вокруг своей оси и поехал, уводя меня со станции через один из коридоров. Из него мы попали в помещение, которое больше походило на космопорт: высокие потолки, округлые стеклянные стены и второй этаж, на котором располагался то ли буфет, то ли кафе, судя по столикам. Подняться туда можно было по двум боковым лестницам с бетонными «парящими» ступенями и блестящими хромовыми перилами. Везде кадки с засохшими растениями, опять пылища-грязища и ни-ко-го… Тишина настолько абсолютная, что звук от моего дыхания казался непозволительно громким.
Мы с роботом вышли наружу, и я вновь раскрыла рот от удивления, оглядываясь вокруг. До этого грязные окна «космопорта» не позволили мне разглядеть, что находится за ними, но теперь я могла полюбоваться на красоты в полном объёме.
Передо мной раскинулся самый настоящий подземный город. Улицы с домами разбегались от меня в разные стороны, насколько позволяло рассмотреть скудное уличное освещение. Некоторые здания были темны, в других еле теплился свет по окнам. Небольшую площадь перед станцией украшали лавочки, маленький неработающий фонтан с дудящим в горн пионером посередине и сухие насаждения. Я чувствовала себя искателем приключений, попавшим в древний город вымершей цивилизации.
- К сожалению, канатная дорога сломана, - вновь ожил динамик у робота. – Поэтому дальше вам придётся идти пешком.
Я задрала голову вверх, напрягая зрение и пытаясь что-то рассмотреть в темноте над собой. И действительно увидела несколько канаток, идущих в стороны от башен «космопорта». Мысленно я порадовалась тому, что она поломалась не в тот момент, когда я находилась на ней.
О, как всё серьёзно. А база-то, судя по всему, не маленькая… Только почему никого нет?
Робот покатился дальше, и я пошла следом, надеясь, что идти придётся не далеко. Жалась поближе к жестянке и старалась не обращать внимания на шуршание и мерзкое попискивание в тёмных, неосвещённых переулках. Но тревога не отпускала меня, и я то и дело оглядывалась по сторонам. Пару раз нам дорогу перебегали какие-то тени, я жмурилась и пыталась прогнать из сознания образ злобных красных глазок и жирный лысый хвост.
Наконец мы подошли к трёхэтажному зданию, окна которого ярко горели. Дверь перед нами открылась, запуская внутрь. Сразу от входа проход делился лестницами на два направления – вверх и вниз. Нижняя имела всего три ступени и сразу упиралась в ещё одну массивную дверь. Дворецкий выбрал это направление, и я немного позже поняла почему: вниз вёл широкий бетонный пандус, в то время как на лестнице, идущей вверх, он отсутствовал полностью.
Мы вошли в помещение, и на мгновение я зажмурилась от ослепительного света, резанувшего по глазам после уличного сумрака. Проморгавшись, обнаружила, что нахожусь в некой комнате отдыха: мягкие диваны со столиками, барная стойка, тихо играющая из динамиков музыка и… никого.
- Эм… здравствуйте? – громко произнесла я в надежде, что хозяин находится где-то в подсобном помещении за барными стеллажами.
- Здравствуйте. Проходите, присаживайтесь. Я уже заварил для вас чай, - произнёс знакомый голос из динамиков.
Робот прокатился за стойку и принялся готовить мне напиток. Я подошла, села на высокий стул, с удовольствием отмечая, что здесь, в отличие от других помещений, чисто, серое пыльное покрывало отсутствует.
- А вы? – поинтересовалась я. – Вы сейчас подойдёте?
В динамиках хихикнули и ответили:
- А я уже здесь. Везде. Позвольте представиться, я – искусственный интеллект с третьей версией разумности, модель ЭИИЭП 2678-1. Предназначен для поддержания жизнеобеспечения данной базы и создания положительного эмоционального настроя её сотрудникам.
Робот поставил передо мной парящую чашку с чаем. Я положила на стойку рядом с собой телефон, поправила на запястьях наручники, взяла её и отпила. Вкус старого прелого веника неприятно ударил по рецепторам. М-ды… вот это «чаёк», так и отравиться недолго. Вместе с ущербностью напитка на меня начало наваливаться осознание всей тяжести моего попадалова.
- Скажи… те.. скажи, а есть ли на базе живые, кроме меня? Люди есть?
- Живые есть, людей нет, - ответил искин.
Я закрыла ладонями лицо и тихо застонала: твою ж мать! Лариса Батьковна, а, Лариса Батьковна? Встряла ты по полной, да? Тебе, блин, с малых лет на каждом углу вдалбливали, что слышать голоса – это дурная примета! А слушаться их – прямая дорога в палату с мягкими стенами и одеждой занимательного дизайна. Но ты и тут всех переплюнула, да? Вопрос: как выбираться будем?
Внезапно свет мигнул красным, оглушительно взвыла тревога, но тут же отключилась и освещение вернулось к нормальному. В динамиках снова заиграла приятная не раздражающая музыка. Я встревоженно огляделась.
