— А почему бы и нет? — он подался немного вперёд, голос стал ниже, почти интимным. — Представь: вечер, фонари, музыка, ты в каком-нибудь сказочном платье... И рядом я. Поверь, выглядело бы это великолепно.
Она прикусила губу, не зная, как отреагировать. В его взгляде было что-то игривое, но и серьёзное.
— Не знаю, Томас... Ты же вроде не любишь «мило-романтичные» события.
Он усмехнулся:
— Может, просто раньше не с кем было. А с тобой даже фестиваль может показаться праздником. И потом, — он наклонился ближе, — тебе ведь хочется позлить одного упрямого волка. Признайся.
— И ты хочешь, чтобы я пошла с тобой только ради этого?
— Вовсе нет. Но если это добавит тебе мотивации, то я не против. А если еще с тобой будет весело... — он пожал плечами. — Тогда я выиграл по всем фронтам.
Она застыла.
— По всем фронтам? — переспросила она.
— Да. Мы могли бы повеселиться. Ну, и немного позлить Таррена. Ты же знаешь, как он реагирует, когда ты со мной. Это будет забавно.
Ана покачала головой:
— Я не уверена, что это хорошая идея.
— Почему? — Томас ухмыльнулся. — Ты всё равно не собиралась идти. А тут прекрасная компания, шутки, немного злости Таррена в подарок. Разве не идеально?
Прежде чем она успела что-то ответить, сзади послышался лёгкие шаги. Это была Лея. Она как будто случайно оказалась рядом, но по взгляду было понятно, что она слышала разговор. Девушка натянуто улыбнулась и прошла мимо, но глаза её были печальны.
Позже, в комнате, Лея долго молчала, глядя в окно.
— Томас тебе нравится, да? — тихо спросила Лея, сжав подушку:
— Нравится, но не как альфа, скорее как друг.
— А я влюбилась в него. Как дура.
— Лея…
— Я знаю, что ему не нравятся белки. Он говорил, что предпочитает тех, от кого меньше шумаю Он любит загадки. А я — вся наружу, всё на лице. Но ничего не могу с собой поделать.
Она на секунду замолчала, вспоминая, как Томас однажды поправил её капюшон на лекции, как он хмыкнул, когда она сказала глупость, но не высмеял, а просто посмотрел с каким-то тёплым вниманием. Это было мгновение, но оно засело в сердце.
— Просто иногда он смотрит так... будто видит тебя. Но потом снова отворачивается. И ты понимаешь, что тебе это просто показалось.
Ана села рядом и взяла её за руку:
— Я ничего ему не обещала.
— Всё в порядке. Он никогда бы меня не пригласил. Просто… больно, когда человек, который тебе дорог, выбирает кого-то другого. Даже если у него на это свои причины.
Позже в тот же вечер, в спортзале, несколько студентов обсуждали последние новости. Один из них, отряхивая полотенце, усмехнулся:
— А вы слышали? Томас позвал зайку на бал.
— Какую зайку? — переспросил второй.
— Да ту, которая не испугалась во время испытания.
— А разве она не зайка Таррена? — спросил кто-то с удивлением.
— Вот именно. Потому и весело.
В этот момент мимо проходил Таррен. Остановился, словно врос в пол. Его плечи напряглись. Он не повернул головы, но в глазах мелькнул огонь. Он развернулся и ушёл прочь, сжав кулаки. Гул голосов в спортзале остался позади.
Он не знал, почему это вызвало такую бурю внутри. Но факт оставался фактом: мысль, что Ана пойдёт на бал с Томасом, жгла изнутри.
Позже, он нашёл ее у фонтана. Она сидела на бортике, перебирая листики в ладони, уронив в воду один за другим, словно пытаясь избавиться от мыслей, кружащихся в голове.
Он подошёл бесшумно, но не сел рядом. Просто стоял чуть в стороне, напряжённый.
— Ты пойдёшь на бал с Томасом? — спросил он наконец, голос звучал глухо, почти сдержанно.
Ана удивлённо подняла взгляд. В её глазах отразилось одновременно и удивление, и лёгкое раздражение:
— А тебе какое дело?
Он опустил взгляд, стиснув челюсть.
— Не ходи с ним, — повторил он тише, будто это не просьба, а приказ, вырвавшийся вопреки ему самому.
Между ними повисла тишина. Только капли воды падали с бортика фонтана, разбиваясь внизу.
— Почему? — её голос был уже другим. Мягким, почти недоверчивым. — Ты не имеешь права мне приказывать.
— Не приказываю, — он сделал паузу, медленно выдохнул. — Рекомендую.
Она нахмурилась, изучая его лицо, в котором смешались злость и что-то еще, от чего ей захотелось отвести взгляд. Но не смогла.
— Я и не собиралась, — сказала она спустя мгновение. — Только сказала, что подумаю.
Таррен кивнул. Почти с облегчением. А потом ушел, не сказав больше ни слова.
Ана долго смотрела ему вслед, чувствуя, как с каждым его шагом сердце начинало стучать чаще.
Что-то менялось. Определённо.
Улицы ещё спали, хотя город уже начинал просыпаться, потягиваясь в утренней дымке. Воздух был свежий, с привкусом мокрой черепицы, старых стен и запаха хлеба от ближайшей пекарни. Ветер пробегал меж домов, играя с капюшоном, будто дразня её.
Ана вышла из общежития. Она шагала быстро, но не спеша. Ранние подъемы вошли в привычку, но каждый раз тело будто спорило: «Зачем тебе это? Вернись, закройся одеялом». Только разум оставался твёрдым.