Андрей высунул голову из саней. Мелкая пороша снега неприятно ударила по лицу. Привычный северный ветер усилился, а небо заволокла низкая серая пелена. Давно облаков не было видно, пожалуй, с тех пор, как покинули окрестности Черной горы и берега Желтого озера. Стало ощутимо холоднее. И не спрячешься от непогоды на этой равнине. Нет ни леса, ни холмов, только овраги, но их замело снегом.
— Может переждем сегодня и останемся на месте, очень уж похолодало? — Эсика вслед за ним вылезла из саней. От ледяного воздуха ее пробирает дрожь, и она прячет руки в длинных рукавах верхней одежды.
Пожалуй, права синеглазая. Тем более снег усиливается. Разбредутся люди Долгой дороги по степи, и попробуй потом собери их вместе. А вот и Старшая спешит к нему, наверняка тоже хочет предложить остановку.
— Надо уходить как можно скорее, Эссу! — огорошила его Старшая. — Айни говорит, что нельзя здесь оставаться.
— Но идет снег, и мы не увидим, если кто-то отстанет.
— Айни говорит, что здесь охотничьи угодья семей, у которых острия копий из зеленого камня. А их охотников в его семье не видели уже несколько зим.
Андрею не хотелось выходить в дорогу. Старшая ясно видела это по его хмурому лицу.
— Его бык из кости предупредил, что нельзя оставаться.
«Раз уж поверил этому Айни раз, то нужно довериться и второй» — решил Андрей. Все-таки сделанная из-за его видения теплая зимняя одежда сильно их выручила.
— Скажи всем, что отправляемся в дорогу.
Ветер в течение дня все усиливался и превратился в ураган. Ноги у Андрея подкашивались от усталости, и ему казалось, что прошли они до темноты совсем немного. «Может и зря прислушался к этому Айни,» — мелькнула у него мысль перед сном.
Утром Андрей быстро выскользнул из саней. На прикрывавшей их длинной шкуре лежал толстый слой снега. Степь заметала пурга — видно за пару десятков шагов, не больше. А вот это плохо. Если снег не прекратится, то их просто занесет. Появился облепленный снегом Энку. Мерзнет, даже лицо свое прикрыл шкуркой пушистого зверя, да так, что только большие глаза видны.
— Нельзя нам здесь оставаться, заметет, — а Андрей думал, что он предложит остановиться.
— Белый зверь редко продолжается больше одного дня. Не успеет сильно занести. Откопаемся.
— На этой равнине все не так, как в других местах. Очень уж она большая и холодная. Ветер дует только с одной стороны и сдувает с нее снег в низины или к пригоркам и к нашим саням. Останемся на одном месте, потом тяжело будет освободить сани, — не согласился Энку.
Сумерки. Молча толкавший рядом сани, Энку вдруг остановился и сказал восхищенным голосом:
— Смотри, Эссу, Большой зверь!
— Где? — сколько не всматривался Андрей в направлении, на которое указывал большеносый, ничего не мог разглядеть. Потом ему показалось, что в снежной пелене темнеют какие-то холмы.
— Пошли ближе, — Энку тянуло в ту сторону.
Прошли они довольно много, прежде чем и Андрей их разглядел, хорошее зрение все-таки у большеносого.
— Дальше не пойдем, учуют, — Энку остановился.
И как он их только заметил. Несколько облепленных снегом огромных мамонтов застыли, не шевелясь, на одном месте, повернувшись толстыми задами к ледяному ветру. Дожидаются, пока стихнет метель. Нелегко им потом придется добывать траву из-под снега, когда она закончится. Один из гигантов изогнул свой нос. Принюхивается.
— Хватит Энку, пора выбираться отсюда, — Андрей потащил застывшего на месте большеносого обратно. А то он, похоже, готов до темноты смотреть на мамонтов, соскучился по ним. Для Энку появление Большого зверя — это возвращение к родной Круглой горе. Столько лет он их не видел. Пожалуй, с тех пор, как они отправились на плотах по теплому морю.
Сани, которые Андрей с трудом толкал по сугробам, вдруг легко заскользили. Он с облегчением остановился, выпрямив спину. Похоже, сами того не заметив, они выкатились на замерзшее озеро, занесенное снегом. Там, где ветер сдул с поверхности белое покрывало, виден лед с вмерзшей в нее травой.
Под ногами вдруг раздался треск, и Андрей провалился по пояс под лед. Болото. Ему помогли выбраться. Мокрая одежда, вымазанная черным илом, тут же задубела.
— Почему вода в этом месте не промерзла в глубину? — прибежавшая Старшая с удивлением рассматривает провал, уже покрывшийся тонкой пленкой чистого льда, ниже черная трясина.
— Кто его знает, может теплый источник выходит под водой, — Андрей стучал зубами. И не подсушить одежду, пока костер не разведут. Хорошо, что еще одни сапоги у него есть. Вот носил бы он их пришитыми к штанинам, как Айни, то не набрал бы в них жижи.
— Идем целый день, а замершая мягкая земля все не заканчивается, — Энку избегает идти по чистому льду и передвигается по подмерзшему к нему местами снегу, иначе его лошадь и жеребенок заскользят на гладкой поверхности. Упали уже несколько раз. Со стороны это выглядит забавно. Кажется, что он совершает пируэты на льду, вместо того, чтобы идти по прямой. А сани за ним толкает недовольная Иква.
