— Да, мы уйдем отсюда через день, когда наступит восход.
— У большой реки хорошее место для стоянки. Помнишь, мы добыли там много быков. Языки у них были нежные, не то что у этого зверя.
Устав жевать жесткое мясо, Эпей проглотил его целиком, и едва не подавился.
— И там рядом горы, где водятся кривороги, с короткой шерстью. И нет такой жары, как у большого озера.
— Мы не вернемся назад, Эпей. Отправимся дальше вдоль берега моря, навстречу восходящему солнцу.
Три Пальца от неожиданности едва не проглотил уже свой язык. Если здесь кругом только голая земля без травы, да раскаленные скалы, то что будет дальше? И куда они идут?Раз уж Рэту не хочет возвращаться вверх по реке, то почему бы не остаться у большого озера, от которого они отошли не так уж и далеко?
— У озера нам не дадут разбить постоянную стоянку люди-змеи, — пояснил ему Рэту.— Они поняли, что мы надолго не задержимся в их угодьях, потому и не напали.
— Но что ждет нас впереди? И где мы добудем еду?
— Море нас прокормит. А земля без травы и деревьев не может быть очень большой: с гор всегда текут реки. Так было везде, где мы прошли, так будет и здесь.
— Зачем ждать, тогда выйдем с восходом.
— Мне надо отдохнуть, Три Пальца, я только вернулся обратно.
После каждой стоянки вещей у «белогорцев» становилось все меньше и меньше. Вот и сейчас Рэту раздумывал над тем, что оставить в санях, а что взять с собой. Нужно ли им столько шкур? Нет. Холод и снег им не грозят. Зимы в этих краях нет, а значит не нужны и теплые шатры. Жаль, нет у них и больших листьев с дерева без ветвей, которыми покрыл себя длинноногий Эду. Можно было бы накинуть их на палки — вот и готов шалаш. Что нужно, так это горшки, даже треснутые. Мастеров у них нет, и делать их некому. Замазать глиной трещину и набрать в них воды.
«Белогорцы» никогда не сталкивались с нехваткой воды, и когда Рэту сказал заполнить ею все свободные горшки, то многие удивились. Таскать воду тяжело! И где-нибудь, по пути, всегда течет река или журчит ручей. Ворчали взрослые охотники. Но уже через день они поумолкли. По правую руку от них бесконечное море, по левую — оплывшие от жара солнца глиняные холмы. Где здесь взяться чистой воде? Хочется только прибавить шаг, чтобы быстрее покинуть это гиблое место.
Хорошо, что самое жаркое время они пережидают. Встают ранним утром, собирают шалаши и движутся, пока солнце не заставляет их остановиться. Тогда быстро разбивают стоянку: достают палки из саней, вбивают их в землю, натягивают на них оставшиеся шкуры и прячутся в тени до вечера.
— Море уходит! — Долговязый Эду заглянул в шалаш к Рэту. Середина дня, а долговязому солнце нипочем.
Как ни хотелось остаться в тени шалаша, но рыжий выглянул. Точно, вода отступила далеко под горизонт, обнажив черное дно.
Дно неровное. В ямах плещется рыба -можно ловить руками. А чуть дальше высился отрог, уходящий вдаль и покрытый ракушками. Рэту и глазом не успел моргнуть, как Эду взобрался на него и собрал с него целую корзину. Вот и еда.
— «Ныряльщики» едят их.
Только надо быстрее съесть, пока не испортились в этой жаре. Сварили прямо в морской воде, на костре из колючек. Питьевой и так осталось немного. Хорошо, что варить надо недолго. Открылись створки — можно приступать к трапезе.
— Я наелся, — сидевший посреди кучи пустых раковин Три Пальца выглядел озадаченным. Вроде не мясо, а содержимое раковин быстро насытило. Даже запеченную рыбу не захотел.
— Я же говорил, что море нас прокормит.
И оно кормило. Каждый день с началом отлива женщины, дети и младшие охотники шли за уходящей водой, а через некоторое время возвращались обратно с корзинами, полными рыбы, раковинами и ползающими морскими животными.
Любопытному Эду скучно. Женщины и дети отходят совсем недалеко от берега, набирают добычу и сразу же возвращаются обратно на стоянку. А он не хочет сидеть в шалаше. Со скуки как-то поймал на песке животное, с белым панцирем и ножками, растущими из головы. Вскрыв его, он проткнул какой-то мешочек с черной жидкостью, которая несколько дней не сходила с его рук и лица, вызывая зависть других младших охотников. И в этот раз, когда все попрятались, Эду быстро надоело бродить вдоль берега. Интересно, насколько далеко уходит море каждый день? На всякий случай он прихватил короткое копье, и длинные ноги сами понесли его по обнажившемуся дну в южную сторону.
Он шел уже долго, а кругом все та же грязь с ямами, в которых дожидались прилива попавшие в ловушку рыбы. Какие-то мелкие животные с клешнями,прячась от птиц, зарывались в ил, словно тем было дело до такой мелкой добычи, когда вокруг столько доступной рыбы. От жары быстро начали вонять водоросли. Уже и берега не видно. Интересно, куда девается вода? Спросить бы у Старшей.Она точно знает, а если не знает, то спросит Эссу. Но главную женщину людей Долгой дороги он не видел уже больше года, и ответить на вопросы, которые крутятся в его голове, некому.
