В следующие дни Грака убедилась, что была права. Половина семьи «белогорцев» слегла, причем не видно было никакой связи в распространении болезни. Мог заболеть ребенок, а его мать остаться здоровой, или наоборот — заболевал взрослый охотник, а его сын счастливо избегал хвори. Грака отчаялась — все они пили одну и ту же воду, ходили к одним и тем же деревьям за плодами, ели одну и ту же еду. Но кто-то заболевал, а кто-то нет. Источник болезни был все так же скрыт от ее взора.
Ее отвары не спасали, только помогая на время ненадолго охладить тело. Рэту так и лежал, так и не придя в себя за эти несколько дней, а она ничего не могла с этим поделать. Если так продолжится, то сердце его скоро перестанет биться. Между тем младшему Эссу надоело находиться в шалаше, и он постоянно из него выбегал под дождь и приходил весь мокрый. Дети эту болезнь явно переносили легче.
— Куда ты, Грака? — пришли Эдина с Эпеем, в руках у которого очередная птица с большим хвостом.
В руках у женщины Рэту большой нож, с собой у нее два огромных кожаных мешка, и обувь одела с открытым верхом.
— Наши травы не избавят от болезней этого леса, я найду такие, которые помогут Рэту. А вы останьтесь пока здесь.
Грака задыхалась. Запах гнили в лесу так и лезет в ноздри. Душно, неуютно и страшно. Ей нужна лесная поляна, где самое большое разнотравье, и она никак не могла ее найти. Высокие деревья, опутанные лианами, прятали ее в своем зеленом море, словно ее здесь не было. Наконец, когда она отчаялась, наткнулась на невысокую каменистую гряду. Вскарабкавшись на нее, Грака увидела плоскую безлесную вершину хребта. Он вытянулся далеко на восток, и на покрывавших его лугах, похоже, наступило время цветения. Желтые, красные, зеленые и синие цветы — всяких было достаточно.
Дождь усилился, но женщина «белогорцев» не обращала на него внимания. Руки у нее были покрыты грязью, по мокрым волосам стекает вода, и она остервенело выкапывает с корнем одно растение за другим. Вот бутон необычной формы, размяла лепестки и положила в рот. Нет, не то. Отрубила кусок белого корня, разжевала и с разочарованием выплюнула — безвкусен, пользы не принесет. А вот невысокое растение с ярким зеленым стеблем ее привлекло. Вяжущие горькие листья, пахучий желто-коричневый корень с резким вкусом. Невзрачное растение с синеватыми листьями чем-то похоже на то, которое оно использовала от горячки еще на стоянке у Белой горы. Только оно гораздо больше по размерам. А у чахлого небольшого растения с лиловыми цветами неожиданно оказался мощный желтый корень с приятным терпким вкусом. Напоследок обнаружила невысокое дерево, с пахучей корой. Обломала и с нее несколько веток.
Грака плотно набила свои мешки. Корни, листья, стебли, лепестки — все пригодится. Только разобраться бы, что к чему. Как ни страшно вернуться обратно в лес, но ей пришлось это сделать.
— Брррр…
Неужели могучий Брр, Грака сбросила мешки на землю и схватилась за нож. Сердце громко стучит, страх сковал ее ноги. Не видно зверя. Вдруг в воздухе мелькнуло и исчезло в тени полосатое тело, которое что-то тащило в своей пасти. Наверху раздались визгливые крики. Хвостатые люди! В нее прилетел недоеденный плод. Словно это она виновата, что Брр убил кого-то из них, а не ее. Ноги у нее ослабли, и Грака прислонилась спиной к стволу, прижав к себе мешки, отдышалась, подняла свой груз, стиснула зубы и побежала на стоянку. «Белогорцы» ждут ее.
«Будто со скалы упала», — подумал Эпей. Грака задержалась в лесу и вернулась только под вечер вся измазанная грязью. Быстро вывалила два мешка трав и теперь расцарапанными руками при помощи Эдины и лихорадочно распределяла их по кучам.
— Плохо ему, Грака, так и не пришел в себя.
— Разожгите костер, тогда к восходу отвар будет готов, — кажется, она определилась, какие растения использовать в первую очередь.
Каждый корень к своему стеблю, сплющить их камнем и настоять в воде, пока она не пропитается их силой. Грака не смешивала травы. Как иначе определить, какая из них поможет Рэту, а какая нет? Раньше она просто держала их в воде несколько дней, но затем, по совету Эссу, для получения быстрой настойки заливала их горячей водой. Хорошо все-таки, что два горшка Младшей не разбились, иначе пришлось бы греть камни в костре и кидать их в кожаные мешки с травами.
Эпей с интересом рассматривал принесенные Гракой травы. Его внимание привлек толстый корень, ярко желтый на изломе. Пахнет приятно. Недолго думая, он захрустел им и скривился:
— Горькая, как колючие листья северного дерева, и слюна теперь желтая.
— Нельзя ее много есть, — Грака отобрала у него корень.
Всю ночь она готовила отвары, заваривая травы, дожидаясь пока остынет настой, и переливала его в горшки с вытянутым горлом. И так несколько раз. Грака устала, прислонилась к стволу дерева, на мгновенье прикрыла глаза, и уснула, сидя.
