– Ты из отсталых, – бесцеремонно напомнил мне фальшивый фунгер, слюнявящий свою лапу, по форме похожее на свиное копытце, – Такие, как ты, не более чем питомцы.
– Я разумное существо!
– Тогда – тупые детёныши.
Я было решилась возразить, но тут вспомнила слова Валентино.
«Ты хороший детёныш»
Детёныш. Может, поначалу мой напарник видел во мне диковинную зверушку, а сейчас я…
Детёныш?..
– Ну вот, взяла и затихла, – с некоторым неудовольствием проворчал Ву.
– А я не нанималась тебя развлекать, – огрызнулась я, проверяя, не подсохла ли моя ловушка.
– Прискорбно.
– Действительно прискорбно то, что тебе не с кем поболтать, – отрезала я и внезапно поняла, что попала в цель: Ву разозлённо изогнул хребет, казалось, даже позабыв о своём вживании в роль фунгера:
– Что ты сказала?!
– Что слышал, хам просвечивающий.
– Да мне вообще никто не нужен!
– А чего тогда бесишься?
– И вовсе я не бешусь! – с его лап посыпались плохо приклеенные кусочки маскировки, – Да я… Я…
– Кем бы ты ни притворялся, себя тебе не переделать. Раз ты разумное существо, тебе необходимо с кем-то общаться.
– А вот и нет!
– А вот и да, – уже гораздо спокойнее возразила я, – Еда и кров это не всё. Тебе нужен кто-то, с кем можно поговорить по душам. Я вот с удовольствием беседую со своим напарником вне работы… О, а как насчёт Хелз?
– Хелз? Ты то серьёзно? – Ву презрительно скривился, – Она же целыми днями молчит.
– Не догадываешься, почему?
Фальшивый фунгер прилежно задумался.
– Да потому, что для Интамы она – такой же экзотический питомец, как и ты.
– О. О-о-о… – кажется, на моего собеседника снизошло долгожданное озарение, – А ведь ты можешь быть права. Но… Но-но-но что я ей скажу? – Ву так разволновался, что с него в очередной раз посыпались ошмётки маскировки, – А если она меня выдаст? А если…
– А если ей также хочется поболтать, как и тебе? – улыбнулась я, распрощавшись с желанием принять более удобную позу в своей ловушке.
– Как это выяснить наверняка?
– Только начав общаться.
– А если я не понравлюсь ей?
– Даже для такого вывода требуется узнать друг друга получше. Да и её мнение может перемениться, – воспользовавшись тем, что Ву подошёл ближе, я подправила лишайник на его мордочке.
– Должно быть, у такой, как ты, куча друзей, – наконец, капитулировал потеряшка, тяжело вздохнув.
– По правде сказать, ни одного, кроме Вэла. А те, что в Интернете… Хм, это не совсем то.
– Но почему только один?
– Моё ближайшее окружение не ценит меня такой, какая я есть. И легко верит слухам и домыслам.
– Наверное, они плохо тебя знают.
– Наверное, – снова улыбнулась я, – Вроде бы ты готов.
– К разговору с Хелз?
– К возвращению к хозяйке.
– Ла-а-адно, – протянул мой неожиданный собеседник, притоптывая лапками, – Пора вживаться в роль. Снова.
– Сам же выбрал.
– Да-да, – он встряхнулся, проверяя, крепко ли держится его цветастый панцирь, и, наконец, скомандовал, – Зови своего бодибилдера.
Я набрала полные лёгкие и согласно заорала:
– ВЭЛ! Я ЗДЕСЬ!!
Ответ последовал незамедлительно: потолок из вьюнков был порван движением, достойным патологоанатома, взламывающего грудную клетку. Затем вниз сунулась уже ставшая мне родной крокодилообразная голова:
– Кармен, ты в порядке?
– В порядке, но я застряла. Здесь что-то вроде паутины.
– Ясно. Почему не позвала раньше?
– Должно быть, я приложилась головой. А ещё я отыскала Ву! – я зачерпнула замаскированное чудо свободной от плена рукой, приподняв его, насколько позволило положение тела. Фальшивый фунгер оказался лёгоньким, и я невольно порадовалась, что в состоянии оторвать от земли хотя бы одного «пёсика».
– Очень хорошо. Я спущу свой хвост, его длины хватит, чтобы тебе дотянуться.
– Ух ты, – только и смогла сказать я, стандартно думая о верёвке, или, на худой конец, лиане. Миг – и украшение Вэла повисло аккурат возле моего лица.
– Хватайся крепче. Обвей волоски вокруг запястья. Не волнуйся, они не порвутся.
– Как скажешь, Рапунцель, – не удержалась от шутки я.
– Готова? Раз, два…
Слизь, в которую я попала, держала крепче, чем я рассчитывала, но и Вэл не подкачал: рванул так, что я почувствовала, как поэтапно распрямляются все мои когда-либо зажатые позвонки.
– А вот и мы, – выбравшись наружу, я отпустила Ву.
– Не убежит? – на всякий случай навис над потеряшкой Валентино.
– Мы с ним вроде как подружились, – подмигнула напарнику я.
… Восторг госпожи Интамы, казалось, можно было измерять в галлонах.
– Ву! Моя прелесть, моя гордость, мой ненаглядный малыш! Ох и напугал ты меня, негодник! Спасибо, спасибо огромное, что нашли моё сокровище!
– Всегда пожалуйста, – не привыкшая к такому шторму восхищения, я подняла вверх большой палец.
– И всё же следите за ним получше. Нам повезло, что он не нарвался на какую-нибудь опасность, – мудро изрёк Валентино.
– Мой сладкий Ву тот ещё капризуля, – заявила клиентка, словно объяснив этим любой возможный расклад, – Мамочка ему и еду, и наряды, а он капризничает.
– Надеюсь, больше он не убежит. И да, госпожа Интама, разве он раньше не отлучался?
– Отлучался, а что? – уставились на меня фасетчатые глаза.
