Она подала чистый бланк, велела заполнить.
Написал фамилию, имя, отчество и предполагаемый район проживания — на проспекте Ленина, у кинотеатра «Россия». Женщина попросила заплатить и подойти через часок. Сунул в окошечко бланк и деньги, вдвое больше запрошенного, для старания, после чего пошел бродить по близлежащим магазинам, которые были тут на каждом шагу.
Через час ему вернули бланк, где значился знакомый Алексею адрес Алены и ее домашний телефон, но наискось стояла надпись: «Выбыла».
— А куда? — растерянно спросил Алексей, разглядывая бумажку.
— Неизвестно, — доброжелательно сказала женщина. — В этой квартире теперь проживают другие люди.
— Странно, — пробормотал он.
А вы обратитесь по адресу на бланке, — посоветовала она, видя его огорчение. — Может, которые там живут, подскажут, где ваша родственница.
Поблагодарил и пошел прочь, бросив смятый бланк в урну. Обращаться к новым поселенцам квартиры он, разумеется, не стал. Зачем? Ведь Алена просила не искать ее. Обещала сама известить, когда будет нужно. Впрочем, для какой нужды теперь его о чем-то извещать, коли он наотрез отказался от своей доли? Больше их ничто не связывает, никакие дела. Она молода, свободна и богата. Пусть живет, как знает. И дай ей, Господь, счастья.
Но Алена все-таки дала о себе знать.
Случилось это в начале июля. Он только что вернулся на своей моторке из Каменного залива, где у него стояли переметы на налимов и, сидя в лодке, приткнутой носом к берегу, собирал в ведро рыбу. Три девицы-туристки в шортах и ярких, облегающих маечках брели по песчаной полоске берега. Подошли, с любопытством разглядывая его добычу.
— Дядечка, а как эта рыба называется? — с детским интересом спросила одна из них, белобрысенькая, с челкой, совсем еще молоденькая девчушка.
— Налим, красавица.
— А наши парни так ничего и не поймали. Мы даже подумали, что в Телецком озере совсем нету рыбы.
— Рыба есть, да не всем дается, — усмехнулся он.
— А вы нас не прокатите?
— Я только приплыл. Досыта накатался.
— А мы вам бутылочку дадим.
— Бачок пустой. Весь бензин выжег.
— А кто может? Так охота прокатиться…
Привстав, Алексей оглядел берег с вытащенными на песок лодками. Метрах в ста на воде покачивалась «казанка» с мотором на транце. С ним копался Костя Дронов. Видать, тоже нацелился порыбачить.
— Вон того мужика спросите. Он собирается плыть, может и прокатит.
Девицы побрели дальше, а белобрысенькая вернулась с полпути. Присела на борт лодки, наблюдая, как Алексей ловко подхватывает исходящих слизью налимов, и вдруг спросила:
— А вы здешний охотник?
— Допустим, — отозвался он, не придавая особого значения сути ее вопроса. Но тотчас же с недоумением подумал, что выразилась она неточно. При чем тут охотник, когда он сейчас занят рыбой. Правильнее было бы сказать: рыбак. Ошиблась словом или намеренно так сказала? Выжидательно поднял голову.
— Если вы здешний охотник, то вам привет, — негромко произнесла девушка, смело глядя ему прямо в глаза.
Он распрямился, внимательно посмотрел на нее, чувствуя сердцебиение.
— Вот как? И от кого же? — спросил настороженно.
— От одного человека.
— У этого человека есть имя? — пытал девушку, а смутная догадка уже горячо ворохнулась в нем, и он замер, в ожидании ответа.
— Есть, — тряхнула та белобрысой челкой, — но вы называли этого человека по-другому. Небесное Созданье. Вспомнили?
Ему будто кипятком плеснули в душу.
— Где она? — прошептал немеющими губами.
— Не знаю. Кажется, очень далеко.
Потрясенный, он уставился в ее молодое личико, ища в нем ответы.
— Как она, в порядке?
— Да. Велено вам передать слова: «Ты мне нужен». И еще запомните… — Она наморщила лобик, сосредоточилась. — Июль. Горный. День, место и шифр — по умолчанию. Записывать нельзя, так запомните.
Повторил услышанное, запоминая.
— Это все?
— Все, — улыбалась облегченно, с чувством исполненного долга.
— Хотите рыбы на уху?
— Давайте, — не отказалась она. — А то уедем, и здешней рыбы не попробуем.
Наложил полный полиэтиленовый мешочек самых крупных пятнистых налимов. С этим мешочком белобрысенькая побежала к моторке Кости, где стояли ее подружки, с восторженным криком:
— Девчонки, нас рыбой угостили! Утрем нос парням!
Алексей сел на лавку и закурил, не в силах придти в себя от случившегося. Ведь, вроде бы, уже давно мысленно простился с Аленой и успокоился, а пришла от нее весточка, и снова обожгло. Поманила издали, и он кинется на ее зов, сломя голову. И ничего ему с собой не поделать.
Вспомнил разговор с Аленой в самом верху поляны, над Купеческой избушкой, и теперь белобрысенькая напомнила о нем тремя словами: «Ты мне нужен». Они звучали как призыв, обжигая и волнуя сердце. В голове проклюнулись строки бессмертного Пушкина, выразившего его состояние:
