Внутри Кариэль почувствовала, что ей стало дурно: запахи вдарили в нос, кислые, будто бы оседающие на коже, и ей захотелось выбежать прочь. Утершись подживающей рукой, Кариэль закашлялась в голос и постаралась не дышать. Дух стоял тяжелый — она уже поняла, чем так несет. Всем, что есть в демоне.
Из темноты до нее донесся долгий звук, общий стон, исторгаемый из сотен глоток. Таким Ад представляли люди. Демоница уверенно перехватила кого-то, бредущего по коридору со стопкой белых тряпок, а потом пошла вдвое быстрее. Коридорчик, будто бы проеденный в камне, вывел их в большую залу, в которой могли бы обедать демонские лорды, но сейчас тут лежали сотни раненых, корчившихся на постелях, подвывающих в тяжелый потолок, проклинающих мир на лающем древнедемонском языке. Между ними сновали другие демоны, разносившие тряпки, амулеты и плошки с водой. Магический свет горел приглушенно, чтобы не терзать взгляд, и Кариэль порадовалась, что почти не видит их. Собственная рана показалась царапиной.
Сребровласая демоница Лахаила дошагала до одного из демонов, лежавшего закутанным в тряпки, с серым земляным лицом и едва закрывшимися черными царапинами на лице. Скосив взгляд ниже, Кариэль увидела, как на его животе тоже липко чернеют бинты. Узнавать, что под ними, не хотелось, но она уже представила перекрученные полувывалившиеся внутренности, и ей захотелось закричать. Но демоница наклонилась к умирающему, нашептала ему пару слов, а потом возложила руки на грудь и принялась что-то напевать. Татуировки ее засияли ярче, осветились, и свет стал окутывать раненого, омывая лицо и возвращая ему немного красок.
Это было так отлично от рассказов о кровавых шаманствах Ада, что Кариэль потеряла дар речи, зачарованная. Красота этого мгновения позволила ей забыть и про остальной ужас. К запаху она привыкла, но старалась не вертеть головой. Когда раненый забылся беспокойным сном, демоница погладила его между рогов, изящно поднялась и подошла к ним.
— Достаточно, — сказала Кариэль, удивляясь сиплости своего голоса. — Я увидела достаточно.
Тем же путем демоница отвела их и оставила у самого входа — у колонны, поддерживающей потолок. Наметанным глазом Кариэль увидела, что замок стар, затянут кое-где паутиной, а потому от пары крепких заклинаний свалился бы.
— Когда-то здесь был госпиталь, куда свозили демонов со всего Южного фронта, — сказала демоница. — Удобно воевать в своем мире. Однако фронт прорвали, и мы оказались прямо на пути ангельского войска.
— Крепости составляют большую защитную цепь, которая не пропускает Рай вглубь, — добавил Лахаил торопливо. — Но ее можно разомкнуть…
— Гораздо важнее, — мрачно перебила демоница, — что ангелы не стали бы щадить раненых. Мы просили их о милости, но ответ был однозначен. Наши переговорщики не вернулись.
Вдруг представив, как обваливается потолок от брошенных ей самой заклинаний, Кариэль почувствовала страх. Это была война, жестокая война на уничтожение, и она могла бы наблюдать за бойней внизу, взлетев над обычным сражением, но сравнивать это с налетом на госпиталь… Кариэль попыталась понять, знал ли капиталь Ризель, отсылая отряд, что именно им предстоит штурмовать. Знал ли кто-то из них…
— Идем дальше, — повелела демоница, махнув хвостом. Кариэль с опаской следила за движением, таким же естественным, как если б она махнула рукой. — У нас здесь есть кое-кто. В общий зал не отважились класть.
Проследовав за демоницей в крохотную комнатку, Кариэль не сразу осмелилась зайти. Лахаил мягко подтолкнул ее локтем, качнул головой. В тесной неосвещенной комнатушке на двух лавках настелены были тряпки и ковры, на которых лежали двое. Один — смутно знакомый солдат. В другом же Кариэль узнала Тадиэла — и едва не рухнула от облегчения. Половину его головы закрывали повязки, помокревшие от ихора; золотые кудри отстригли клоками, чтобы добраться до ран. Крылья валялись вокруг него, неподвижные и какие-то неправильные.
— Не трогать, — прошипела демоница, дергая кисточкой хвоста; преградив Кариэль дорогу, не без помощи Лахаила смогла остановить. — У него сломаны крылья. Проще срастить позвоночник, чем такие легкие кости.
— Он… не сможет летать? — ужаснулась Кариэль. Попытавшись представить ангела без крыльев, она захотела развернуть свои.
— Коли доживет до утра.
Подойти ближе ей не позволили, но Кариэль долго стояла и слушала дыхание своего друга, пока демоница разводила руками и нашептывала заклинания.
Клинок Кариэль оставили, чтобы показать доброе расположение, но она и не думала им пользоваться: как глупо было бы кинуться на кого-то в замке, полном демонов. Более всего ее пугал крепкий магический купол, вставший над головой, заключивший Кариэль в тюрьму куда хуже той, в которой ей однажды привелось коротать ночь.
Чем больше Кариэль наблюдала, тем больше убеждалась, что демоны — такие же существа из плоти и крови, пусть и отличной по цвету. Демоница, шипя, утирала бегущий по лбу пот, мотала головой и нервно моргала. Но дело она свое знала, а Тадиэлу вредить не собиралась.