– О, да! Понимаю! – шепнул полковник, кивая. Что такое «усиление» и «анкета» он действительно хорошо понимал. – Послушайте, святой отец! Нам с вами этого совсем не нужно, правда? Так вы только прикажите – любое содействие! Любое! Помощь людьми, техникой…
Причер с трудом удержался от хохота. Помощь техникой в борьбе с нечистой силой – это было мощно. По-военному.
– Спасибо! – он крепко сжал руку полковника. – Думаю, обойдёмся, но всё равно – спасибо. Рад найти в вашем лице доброго христианина и верного сына Церкви. Сами знаете, как трудно приходится священникам на этой планете. Ценю ваше отношение и постараюсь, в свою очередь…
«Господи, что я несу! Тормози, Причер, пока совсем не заигрался».
– Благословите, святой отец! – требовал добрый христианин и верный сын Церкви, преклоняя колено.
Из-за припаркованных у столовой машин за происходящим наблюдал майор Виллис. Лицо начальника военной полиции исказил животный ужас.
– Ты чего прячешься, коп? – толкнул его сзади Лурье. – В засаде?
– Гляди… – только и смог выдавить Виллис.
– Мама! – пробормотал Лурье, выглянув из-за его плеча. – Чтоб меня! Совсем полкан сбрендил.
– Может, придуривается? – с надеждой в голосе спросил Виллис. – Мы же договорились: капеллан – вне игры.
– А капеллану об этом сказали?! – поинтересовался Лурье саркастически. – Ну, послал чёрт священничка! Алкоголик хренов. Вдруг ему как раз очень хочется влезть в наши дела и упасть в долю?
– Да откуда он знает?!..
– Откуда, откуда… Это я виноват, наверное, – сделал неожиданный вывод Лурье. – Помнишь, что вчера на плацу Джефферсон нёс? Какие намёки капеллану делал? Ч-чёрт, сильно я тыловика прижал с этим джипом поганым – а зря. Пойду сейчас же перед ним извинюсь!
– Как полковник мог пронюхать, что я интересуюсь журналом оперативного дежурного? – спросил Причер.
– А ты вообще побольше лезь, куда не надо, – посоветовал Кэссиди. – И с русскими бухай почаще. Таким колпаком накроют – задохнёшься. У господина полковника это дело серьёзно поставлено. Он же лично перед концессионером отвечает за промышленный шпионаж. В смысле, за его пресечение.
– Ты уверен, что не проболтался?
– Обижаешь, Джон. Я просто взял и качнул этот злосчастный журнал.
– Использовав свой личный пароль, естественно…
– А как ещё, через твой, что ли? У меня полный допуск.
– Очень уж всё сложно получается, – Причер возвёл глаза к небу. – Не вяжется с образом уважаемого господина полковника. Заходил ты, а претензии сразу мне. Ну не может он быть такой ушлой бестией. Дурак ведь патентованный – ты посмотри, как бездарно служба войск поставлена.
– Я бы попросил! – повысил голос Кэссиди.
– Бездарно, – повторил капеллан. – Техника разбазаривается, отношение к ней безобразное. Материальная часть вообще ненормально изношена. Оборона построена тупо, в лоб. Разведка занимается сугубо тактическими вопросами…
– Я бы ещё раз попросил!..
– По безобидным крокодилам из зениток лупят, – гнул своё Причер. – Вечером по территории не пройдёшь – боишься на пьяного наступить. Солдаты и полиция взаимно озлоблены, скоро друг в друга стрелять начнут. Это разве служба войск?
– Ты что-нибудь выжал из журнала? – перебил Кэссиди.
– Ничего, – Причер развёл руками. – Я грешил на шахту, но она качает ритмично. И серии пусков с космодрома никак на атаки зверья не накладываются. Впечатление такое, что джунгли просто накапливают силы и потом выплескивают их на нас. Припадки активности джунглей – словно кашель планеты, ты понимаешь? Клякса нас выхаркивает, как инородное тело. База ей будто кость в горле. Это, конечно, просто гипотеза…
– Тоже мне, гипотеза! Аксиома.
– Тогда зачем мы здесь? Чтобы нас в итоге съели?
– Но креатин ведь, Джонни, – произнёс Кэссиди почти благоговейно. – Креатин, понимаешь? Как мы уйдём? Нам тут сидеть ещё лет пять, а то и шесть. Потом, даст бог, начнётся промышленная добыча, появятся деньги, сельву просто выжгут на фиг, угроза исчезнет…
– Выжгут… – повторил капеллан. – Именно что выжгут. И не будет никакого креатина. Угробим целый мир по собственной тупости, да ещё и впустую угробим.
– Как это – не будет креатина? – удивился Кэссиди.
– Да так, ещё одна гипотеза. Ты пойми, Кэс. На Кляксе творятся чудеса. Естественно предположить, что если под землёй течет эликсир жизни, чудеса впрямую на него завязаны. Нужно просто это доказать. Вся база, до последнего кашевара, воспринимает Кляксу как единый организм. Особенно с тех пор, как звери начали «двоиться» – тут уж все сомнения отпали. Почему мы должны считать, будто это бред и армейские суеверия? Да может, так оно и есть!
– И чего ты хочешь добиться?
– Мы драпанём отсюда с лязгом и скрежетом. Только пятки засверкают, – пообещал капеллан. – Обязательно пойду ещё раз в джунгли и возьму с собой пробник, наберу образцов. Придётся как-то просочиться на скважину, в их лабораторию. И химик, конечно, понадобится, чтобы сделать анализ. У тебя есть связи в шахтёрском городке?
– Представь себе, нет. Только не удивляйся, но это действительно закрытая территория.
