Небо слишком высоко полностью

С хулиганом и второгодником Акимом, с которым она потеряла невинность прошлым летом, все было иначе.

Но если это был ее первый раз (за которым последовал второй и третий, после чего Милене стало скучно, а Акима загребли в подростковую колонию за попытку ограбления универмага), то, стало быть, сегодня, в сквере, с этим хлыщом Лариосиком был ее четвертый?

А теперь, в номере улучшенной планировки гостиницы «Москва», в объятиях этого привлекательного иностранца предстоял пятый.

Тем не менее Милена молча кивнула, понимая, что не стоит рассказывать клиенту правду. Все это походило на спектакль, но на такой чувственный и возбуждающий спектакль!

Клиент, обвивая ее руками, забормотал что-то по-английски, так что Милена, сконцентрировавшись, поняла отдельные слова, которые свидетельствовали о том, что клиенту было очень хорошо и что он считает ее чертовски красивой.

Он так плотно прижимался к ней, что Милена почувствовала под обвивавшим его бедра полотенцем напряжение. Она отпрянула, а разгоряченный клиент, вперив в нее взгляд затуманенных от похоти глаз, пробормотал:

— Что же, настал момент познакомиться с моим Джоном…

И скинул на пол полотенце.

…Чуть больше чем через час Милена выскользнула из номера. В коридоре никого не было.

Клиент, уже одетый, на прощание произнес:

— Ты на редкость талантливая девушка. Ты ведь послезавтра придешь ко мне?

— Посмотрим, — ответила Милена уклончиво и, не слушая то, что продолжал бормотать англичанин, быстро зашагала к черной лестнице.

Ее рука сжимала большие необычные купюры с портретом английской королевы — как и было обговорено, клиент оплатил секс в фунтах. Юркнув из освещенного коридора на темную лестницу, Милена вздохнула и прижалась спиной к холодной стене.

Нет, она не могла сказать, что было как-то плохо. Или мерзко. Или неприятно. Она даже получила удовольствие и сама возбудилась. Тем более что англичанин был нежен, хотя и заводился от разного рода игрушек, которые привез с собой из своего Бирмингема.

Но все равно на душе было как-то пусто. Выходит, что она — шлюха? Милена вспомнила, что этим неказистым словом в ее родном городке именовали местную пьянчужку Галку, которая шлялась по улицам, приставала к порядочным (и не только) мужчинам и напивалась вдрызг каждый божий день.

Неужели она теперь стала такой же, как Галка? Милена нервно усмехнулась и, вытащив купюры с королевой в диадеме, в очередной раз их пересчитала.

По договоренности с милиционером клиент вручил ей двести фунтов стерлингов. Но, помимо этого, за проявленное усердие, как он выразился (если она, конечно, правильно поняла его английский), он надбавил еще пятьдесят.

Выходит, из согласованных двухсот половина ее — это, значит, сто. А вот о пятидесяти сверх положенного милиционеру знать и вовсе не надо. В конце концов, это она усердие проявляла, а не он, значит, ничего он не получит!

Милена сняла туфлю и, свернув бумажку с портретом королевы в несколько раз, запихнула ее под стельку. Так-то лучше.

А затем понеслась по лестнице вниз, думая о том, что, вероятно, имеет смысл навестить англичанина послезавтра, как он того хочет. Ведь секс с ним хоть и был необычным и наверняка извращенным, с учетом его странных желаний и еще более странных игрушек, но…

Но ей понравилось!

Да, выходит, что она действительно шлюха. Может, ей теперь набиться в подруги к Галке и вместе с ней, горланя похабные частушки, бродить по улицам ее родного городка? Эта мысль рассмешила Милену настолько, что она громко расхохоталась.

Она была на первом этаже и заметила фигуру, маячившую в плохо освещенном коридоре. Так и есть, жадный милиционер уже поджидал ее. Подходя к нему, Милена произнесла, протягивая ему руку с сотней фунтов стерлингов:

— Вот, ваша доля. Сто. Он дал двести, как и договаривались.

В этот момент в коридоре вдруг зажегся свет, и Милена, инстинктивно прикрыв глаза, а потом распахнув их, к своему ужасу поняла, что перед ней стоит вовсе не милиционер, а незнакомый пузатый мужчина в длинном черном плаще.

Девушка попятилась, но тип вдруг схватил ее за руку и проговорил:

— Нет, куда же ты, милая! Нам надо поговорить!

— Ничего нам говорить не надо! — заявила в раздражении Милена, вырываясь. Ну и наглец милиционер, прислал вместо себя своего дружка — или, кто знает, нового клиента? Нет, так решительно не пойдет! Она ведь, как ни крути, может, и занималась сексом за плату, однако она не из разряда Галки.

А, видимо, из разряда тех «ночных бабочек, которые порхали около гостиницы «Москва».

— Думаю, что надо, — мягко ответил мужчина и, вынув из кармана красную книжицу, развернул ее перед лицом напуганной девушки. Милена увидела большую фиолетовую печать, подписи и три грозные буквы: «КГБ».