- Например, я прилюдно откажусь от сына и от любого преследования его с моей стороны.
- Нет, - неожиданно вместо Стефана заговорил Амелисаро. - Откажешься от любых вредоносных действий по отношению к Летучему Голландцу и его команде.
- А от тебя?
- А я уже в команде.
- Надо же, а я думала, что только в постели.
- Не смею тебя разочаровывать, и в постели тоже, - откликнулся Лили и поднялся, позволяя и Стефану покинуть кресло. Поджав губы, Елена тоже встала и вслед за своими спутниками вышла на палубу. Замыкающим и на этот раз шел Кеша, плотно закрывший за всеми дверь.
И лишь после того, как Владычица оказалась на своем корабле, на палубе Прекрасной Елены началась небольшая суета. Для того, чтобы подключить установку с просвечивающими лучами понадобились усилия пяти матросов и одного инженера, которого взяли на корабль специально для того, чтобы он мог управлять процессом. Но вот наконец прожектор зажегся, разгорелся и осветил Голландца вместе со всей командой.
Ни один из них так и не закрыл глаза. Лучи Иланг-Иланг были безвредны, они не могли просветить живую материю, только мертвую. Именно поэтому легко фиксировали истинное количество живых существ на корабле. На особом снимке люди выглядели парящими в воздухе черными силуэтами.
И в этот раз силуэтов, не считая мышей в трюме, просветилось ровно столько, сколько и было человек на палубе корабля. Елена поджала губы, подозвала к себе инженера, тот даже начал что-то отвечать, но Стефан уже отдал команду отсоединить летучий Голландец от Прекрасной Елены и все быстро бросились исполнять. Пока Владычица совещалась с подчиненными, пираты уже отделились от них и начали огибать источник.
Воды они набрали столько, что хватило бы не только дотянуть до следующего водопоя, но и устроить для всех банный день. Конечно, коварная Владычица могла и не сдержать данного слова, но Стефан был убежден, что она не пойдет на открытую конфронтацию, имея в качестве основного боевого резерва только один корабль. Так и случилось. Вот только стоило им покинуть зону водопоя и отдалиться от вражеского корабля на достаточное расстояние, Амелисаро, все это время молчаливо стоящий позади Стефана и не разделяющий общего ликования, неожиданно прошептал.
- Прости. Я не сказал тебе об Анжеле. Что я и есть тот, к кому её привезли...
- Плохо, что не сказал, - резко повернулся к нему Стефан, - Но... - начал он, но в этот момент ему на плечо легла рука. Капитан обернулся.
Отец Валентин смотрел так, что у Робертфора душа ушла в пятки.
- Вал?
- Он сейчас рухнет, как подкошенный. Подхвати, - и кивнул на Амелисаро.
Капитан резко развернулся к тому и очень вовремя успел подставить руки. Мальчишка-аристократ начал оседать на палубу, глядя на него огромными, блестящими глазами.
- Лили! - вскричал Стефан, прижимая его к себе.
- Прости, - беззвучно, одними губами прошептал тот и окончательно обмяк у него на руках.
Капитан стиснул зубы и резко бросил, оглядев притихшую команду, смотрящую на них во все глаза. Слова страшного обещания сорвались с губ раньше, чем он успел их осознать.
- Клянусь Рогатым, если он умрет, я, прощаясь с ним, в качестве погребального дара, вложу ему в рот слезу омелы с Прекрасной Елены. - Подхватил Лили на руки, словно тот ничего не весил и унес в каюту. Первым сориентировался Кеша, вовремя успев распахнуть перед ним дверь.
Вслед за капитаном поспешил отец Валентин, бросив Роме с Белладонной.
- Идите, малышей освободите. Они там, небось, все еще готовятся убивать.
За Руфусом и Симкой Рома отправился сам.
Стефан опустил Лили на кровать, чувствуя, каким горячим тот стал. И мальчишка тут же начал метаться. Мотать головой по подушке. Неосознанно сжимая в пальцах простыню, он тихо застонал, а потом сорвался на какой-то дикий скулеж. Капитан не выдержал, сел рядом, и подхватив его под руки, с силой прижал в груди. Зашептал в волосы.
- Потерпи... совсем чуть-чуть... сейчас будет легче, - посмотрел на застывшего возле кровати Валентина и взволнованно спросил, - Что с ним?
Но тот первым делом отобрал у него Амелисаро, осторожно уложил обратно на кровать, накрыл ладонью покрывшийся испариной лоб и что-то едва слышно забормотал. Стефан не торопил его, зная, что спешить в таких делах нельзя. Молчал, сжимая кулаки до боли, и все никак не мог понять, почему Лили за столь короткий срок сумел стать таким необходимым и важным для него. А потом Валентин заговорил.
- Она вывернула его наизнанку, выдавила досуха. Скорей всего, пока ты говорил с комендантом, между ними разыгрывался настоящий ментальный поединок за тебя и всех нас. Не зря же на нас её хваленое обаяние не подействовало. Но, по всей видимости, этот их дар имеет две стороны. Та, что она применила к твоему мальчишке, разрушительная, - быстро пояснил он и тут же без перехода потребовал, - Раздевайся.
- Что? - капитан растерялся.
- Его душу надо согреть, я не знаю как еще это сделать, когда пациент без сознания, как не теплом тела. Если хочешь, я лягу с другой стороны и...
- Нет. Обойдемся без тебя, - довольно резко бросил Робертфор и принялся стягивать с себя одежду.
