— Видишь ли, у меня такое ощущение, что Томас теперь… гм… не вполне искренен с тобой. Он нежен и предупредителен, но мне кажется, что только ради собственной выгоды. И потом, все эти запреты появляться у него в студии… Раньше твое присутствие его вдохновляло.
— Теперь он больше работает, не хочет, чтобы его отвлекали, — возразила Дженифер. — Даже я.
Элис остановилась посреди комнаты и пристально посмотрела подруге в глаза.
— Больше работает? А результат — ноль?
— Почему же ноль? Просто ему в последние месяцы не везет — у художников так бывает, даже у самых талантливых… — возразила Дженифер.
— Ты видела его последние работы?
— Э-э… Нет. — Все эти вопросы Дженифер неоднократно задавала сама себе. С Элис же спорила, желая поверить, что все подозрения беспочвенны. Легче от этого не становилось. — Но Том звал меня посмотреть его последние картины, я ведь говорила тебе.
— Звал? — Элис скептически скривила губы. — В тот день, когда ты наконец собралась съездить к родным в Кембридж?
— Не только… — весьма неуверенно пробормотала Дженифер, вспомнив, что во второй раз Томас приглашал ее к себе, когда она собиралась поработать в кафе в две смены. — Послушай, я ведь не отрицаю, что сама сомневаюсь. Сегодня, когда Том бесследно исчез, вообще не знаю, что и думать. Но доказательств тому, что он разлюбил меня и сейчас только пользуется мной, нет. Одни домыслы. А если ему просто тяжело: дела идут неважно, его полотна не востребованы… Может, он только от этого такой?
Элис продолжала смотреть на подругу — напряженно, даже с жалостью. Дженифер этот взгляд просто убивал.
— Может… А не стоит ли тебе забыть о его запретах и неожиданно появиться в студии? — предложила Элис.
Желая избавиться от пронесшейся в голове отвратительной мысли, Дженифер громко, почти истерично рассмеялась. Элис тут же приложила руку к ее лбу.
— По-моему, у тебя опять жар, — с тревогой в голосе произнесла она. — Пойдем, я уложу тебя в кровать.
Дженифер, продолжая смеяться, покачала головой:
— Не надо. Ты хочешь сказать, Томас развлекается у себя в студии с какой-нибудь красоткой натурщицей? Предлагаешь мне явиться туда и застать их врасплох? Впрочем, нет, портретов он не пишет. И забавляться может с кем угодно, не только с натурщицей.
На лице Элис отразилось неподдельное страдание, и на мгновение Дженифер, у которой сердце изнывало от нежелания смотреть правде в глаза, пожалела, что вообще позвала подругу. Потому еще громче захохотала. Элис, терпеливо дождавшись тишины, тихо произнесла:
— Не знаю, Джен. Даже не знаю, что ответить. Впрочем, никаких доказательств нет, и, возможно, все это — досужие домыслы. — Она смотрела куда-то в пространство перед собой, и от этого Дженифер было еще тяжелее. — Давай лучше поговорим о другом. О твоей дальнейшей судьбе. Знаешь, я рада, что ты бросила эту ужасную работу. Давно было пора.
Дженифер лишь кивнула.
— О будущем не беспокойся, — воодушевленно продолжила Элис. — Все устроится, я уверена. Давай подумаем, что теперь делать. — Она озабоченно сдвинула брови и на минуту задумалась. Дженифер смотрела на нее и благодарила Бога за то, что он наградил ее такой подругой. — Во-первых, обзвони всех знакомых…
Дженифер в задумчивости потерла лоб. До переезда из столицы ее родители преподавали в Королевской академии театрального искусства. Их дом всегда был полон людьми театра, со многими из которых она до сих пор поддерживала отношения. Но разве могли актеры и режиссеры помочь ей устроиться на ту работу, о какой она мечтала?
— Идея в принципе неплохая…
— Или нет! — воскликнула Элис, загоревшись новой идеей. — Лучше открой собственный салон. — Она вскочила с места и посмотрела на подругу сияющими глазами. — Только представь, как это будет здорово!
Дженифер молчала. Глядя на Элис, она размышляла, есть ли в предложении подруги хоть капля здравого смысла.
— Нет. Ну что ты, Эл! — произнесла она наконец.
Ей стало вдруг весело и вместе с тем грустно. Мысль о собственном салоне, успевшая согреть душу, показалась такой заманчивой.
— Почему нет? — настаивала Элис. — Ты замечательный парикмахер и визажист, каких поискать! Тебе и клиентов-то искать не придется — их и так достаточно.
Конечно, в чем-то Элис была права. Дженифер три года проработала в салоне красоты, а когда он внезапно закрылся, многие клиенты стали пользоваться ее услугами частным образом. Она до сих пор продолжала практиковаться. Но этого ведь недостаточно…
— У меня нет денег, чтобы начать свое дело, Эл! — сокрушенно покачала она головой. — Сама подумай, какая потребуется сумма: аренда помещения, ремонт, закупка всего необходимого. Нет, об этом лучше и не мечтать.
— Мечтать тебе никто и не предлагает! — возмутилась Элис. — Отбрось уныние и действуй!
Она сказала это с такой верой в силы Дженифер, что той вдруг захотелось расправить плечи и стало ужасно стыдно, что из-за обычных житейских мелочей она так позорно раскисла.
