Было бы непонятным, если бы новое положение Церкви не вызвало ярых выступлений и нападок на возглавителя ее со стороны разнообразных врагов – в виде плоских насмешек над признанием Церковью Советской власти безбожников-коммунистов, лжи и клеветы от живоцерковников, обновленцев и т. д.; бессильных в существе против Истины, только своими выпадами содействующих поступательному обнаружению силы ее. Поэтому, ни о предупреждении верующих касательно их, ни тем не менее о духовном попечении о них не могло быть и речи в послании.
Твердое, неотступное каноническое дело, при молчании в сторону их, делалось постепенной победой над ними. Но забота была о других. Митрополит Сергий знал, что среди верных Церкви есть немало таких, которые еще не изжили усвоенное в мирное время неправильное воззрение на отношение Церкви к государству, по которому не только духовный рост, но и самое бытие ее обусловливалось известной политической формой, так что признание Церковью Советской власти равнялось уничтожению ее, отступлению от Православия. Церковь может жить и без признания над собой безбожной государственной власти, хотя ей и придется, пока существует эта власть, быть в гонении, всегда подозреваемой властью в противодействии себе, если бы даже она активно и не выступала против нее. Им трудно изменить свои привычные воззрения. Не живя никогда в мирное время серьезно церковной жизнью, будучи связаны с ней только традициями, всецело отдаваясь мирской жизни, люди такого порядка в тяжелое безгодье русского народа только и могут отдыхать душой в прошлом, не имея духовной силы подняться к вечности. Отсюда им почти не по силам понять Церковь, как надмирное бытие, хотя и пребывающее в мире, распростертое в постепенно осуществляющейся идее над всеми народами с их разнообразными формами правления, независимо от них ни в цели, ни в средствах сущностного своего бытия, хотя в известном смысле и подчиняющееся последним. Им трудно оставить свой внутренний мирок. Изменить их взгляд на отношение Церкви к государству может только время и реальная жизнь благодатной Церкви.
«Такое настроение известных церковных кругов, выражавшееся, конечно и в словах, и в делах и навлекшее подозрение Советской власти, тормозило и усилия Святейшего Патриарха установить мирные отношения Церкви с Советским правительством, – говорит заместитель. – Недаром ведь апостол внушает нам, что «тихо и безмятежно жить» по своему благочестию мы; можем лишь повинуясь законной власти (1 Тим. 2, 2) или должны уйти из общества. Только кабинетные мечтатели могут думать, что такое огромное общество, как наша Православная Церковь со всей ее организацией, может существовать в государстве, закрывшись от власти. Теперь, когда наша Патриархия, исполняя волю почившего Патриарха, решительно и бесповоротно становится на путь лояльности, людям указанного настроения придется или переломить себя и, оставив свои политические симпатии дома, приносить в Церковь только веру и работать с нами только во имя веры или, если переломить себя они сразу не смогут по крайней мере, не мешать нам, устранившись временно от дела. Мы уверены, что они опять и очень скоро возвратятся работать с нами, убедившись, что изменилось лишь отношение к власти, а вера и православно-христианская жизнь остаются незыблемыми».
Выступление Церкви в новом положении среди почти жизненного хаоса, при враждебном настроении к себе недругов с одной стороны, и излишней подозрительности, хотя некоторой части, своих с другой, – должно было в своем организационном деле встретить трудности и трения. И это почти неизбежно там, где в жизнь полагается начало свободного творчества. Церковь входила в жизнь почти новой закваской, которой надлежало постепенно заквасить свободное тесто. Обычному человеку легче идти по пути мало замеченной им неправды. А восприятие Истины, особорование в ней, объединение ею, – подвиг. Царство Божие, устрояемое на Истине, берется подвигом, и только употребляющие усилие достигают Его. В Истине – свобода и сила, но при свободе людской для одних она – «на восстание», для других – «на падение», преткновение о нее. Активное свойство Истины – производить здоровое брожение в среде, где она действует. Только в таком брожении и возможно свободное осознание ее и вхождение в нее, или восприятие ее в себя. Посему нет ничего удивительного в том, если выступление Церкви в легальном ее положении возбудило в верующей среде особое оживление, свободное брожение, даже недоверчивое отношение к Высшим руководителям ее.
