– А эта бабенка не только Федьку зарезала, она ему голову отрубила и в мешке старосте принесла. Мол, вот тебе голова братца, а ты мне за это денег дай, – продолжала первая.
– Она кукушкой поехала, что ли?
– Вроде нормальная, но так обнаглеть только больная на всю голову может.
– Откуда ты всё это знаешь? – спросила вторая собеседница.
– У моей соседки муж охранником у старосты, вот оттуда и знаю, – закончила первая.
– Лука с неё три шкуры спустит, а потом на кол посадит.
– Не знаю. Она сейчас в клетке сидит. Говорят, что её пытают, чтобы сообщников определить. Одна бы она Фёдора убить не смогла, – подвела черту первая.
Дослушав этот разговор, Ванька подбежал к Насте и вывел её из оцепенения рассказом о судьбе Ефросиньи. Реакции долго ждать не пришлось.
– Нам нужна еще одна лошадь, – вскрикнула Настя, – идем быстрей, купим коня, и надо отсюда уматывать.
К счастью, рынок лошадей находился возле постоялого двора. Анастасия выбрала себе статную кобылу серой масти в белых яблоках. Ванька проверил колени, копыта и зубы кобылы, прежде чем рассчитаться с продавцом, и отвел ее к Дрозду в стойло, а потом, забежав в трактир, купил провизии в дорогу. Собрав вещи и погрузив их в дорожные мешки, друзья покинули негостеприимный город и остановились только тогда, когда впереди показалась деревушка, в которой они ночевали накануне приезда.
– Эх, в спешке ножик свой в телеге забыл, – посетовал Иван.
– Не горюй, новый выкуешь. У тебя теперь более грозное оружие имеется, – успокоила Настя.
– Я тебе его хотел отдать для самообороны, – вздохнул Ванька.
– Ножом махать я не умею. Могу только рогами дырки колоть, – засмеялась Настя, – жаль, что они отвалились.
– А мне так больше нравится. Ты красивая девушка. Я тебя такой и представлял.
– Вань, давай без сантиментов, друзья не хвалить, а критиковать друг друга должны. Лучше предложи, как нам ночлег организовать.
– Вон там за деревней густая берёзовая роща. Скоротаем ночь у костра за разговорами о том, что делать дальше, – предложил Иван.
Подыскав небольшую полянку, друзья обустроили походный лагерь с лежанкой из берёзовых веток у костра. Плотно перекусив, они завели беседу, а поговорить было о чём.
– Жалко Ефросинью, теперь ей точно не жить, – вздохнув, начал разговор Иван.
– Её сгубила жадность. Могла бы отправиться домой восвояси и жить припеваючи на своей мельнице.
– Так она же предлагала оставить Федоса в яме. Тогда бы всё иначе сложилось.
– Это был плохой вариант. Во-первых, оставить человека умирать от голода в яме – жестоко. Во-вторых, если бы он оттуда невероятным образом выбрался, то более опасного врага трудно себе представить. Он умер быстро и без мучений, а это, на мой взгляд, более гуманно. Но не будь она так жадна, то убивать бандита пришлось бы тебе. Подумай об этом, – сказала Настя.
– Но ты же сама сыграла на жадности Ефросиньи.
– Я же видела, что ты не в состоянии убить Федоса. Получается, мне его копытами нужно было затоптать и рожками заколоть? – возмутилась Настя. – А если бы он очнулся?
– Пожалуй, ты права. А что это за книга, которую нам подарил старик?
– Апофения – это искаженное сознанием восприятие реальности. Ты же видишь сны, похожие на реальность, но они иногда принимают такие формы, что, проснувшись, сразу не определишь, где сон, а где явь. Я думаю, что в этой книге сокрыты механизмы передачи и взаимодействия паранормальных состояний и явлений.
– Объясни проще, я таких слов не знаю, – виновато сказал Ванька.
– Слышал про домовёнка когда-нибудь?
– Еще бы! Даже видел один раз.
– Домовёнок – сынок Апофении, а по-научному это явление называется полтергейст. Я отчасти владею неким знанием, которое дает мне преимущество перед непосвященными. Вполне возможно, прочитав эту книгу, я научусь еще много чему другому, а может быть, только усовершенствую свое умение, я не знаю. Меня интересует даже больше не книга, а фигурка древнего животного.
– Опять древнее! До встречи с тобой древние у нас не водились в таком количестве.
– И такие умницы-красавицы, как я, в вашей деревне тоже не встречались, – усмехнулась Настя.
– И говорящих коз у нас не водилось, – подхватил Ваня, – продолжай, мне очень интересно.
– Саблезубые тигры давным-давно вымерли. Это были огромные свирепые звери, равных по силе которым сейчас нет. Значит, эту фигурку Платон отдал нам не просто так.
– Не отдал, а продал за половину серебра, – поправил Иван.
– В том и дело, что фигурка не имеет цены. Она – бесценна. И дал нам её старик не просто так, а как приложение к книге, – задумчиво сказала Настя.
– Может, это оберег или тотем какой-нибудь, – предположил Ванька.
– Ты правильно мыслишь. А коль это тотем, то я смогу его призвать, если понадобится.
– Кого, саблезубого тигра? – ошеломленно спросил Иван.
– Я же призывала кандера, можно попробовать и тигра, – улыбнулась подруга.
– Так это ты на меня волчару натравила? – обалдел Ванька.
– Нет. Так вышло случайно. Но ведь никто не пострадал? Зато он прекрасно справился с разбойниками, – спокойно объяснила Настя.
