– Отлично прошло! – голос Насти дрожал от восторга.
– Уже прошло? – озадаченно спросил Ванька, открыв глаза.
– Ты можешь мне ничего не говорить, я сама всё видела, – сказала подруга.
– А куда ты пропала с саней?
– Вернулась сюда, чтобы порадовать новостью: у нас всё получилось! Давай подведем итоги. Я могу проникать в твоё подсознание и общаться с тобой. Ты слышишь меня и выполняешь мои команды. Осталось только определить расстояние, на котором мы можем поддерживать ментальную связь, – пояснила Анастасия.
– Что это нам даст? – неуверенно спросил Иван, не особо понимая суть произошедшего.
– Я смогу быть твоим суфлером. Ты будешь, при необходимости, повторять то, что я тебе скажу, а окружающие будут думать, что ты излагаешь свои мысли.
– Это как петрушка на ярмарке? – обиделся Ванька.
– Что-то в этом роде. Тебе не нравится? – улыбнулась Настя. – А мне кажется, что лучшего варианта не предвидится.
– Это унизительно! – рассердился Иван. – Я отказываюсь быть куклой из балагана.
– Тогда мне придётся поискать себе нового дружка, которому мои планы понравятся больше, чем строптивому и чопорному Ваньке. А ты можешь возвращаться к мамке в деревню и ублажать похотливую воровку Фросю, – резко ответила Анастасия и отвернулась.
– Мне надо подумать до завтра, – сказал Ванька и пошел в спальню.
Уснул Иван, словно в колодец провалился…
Сидит Ваня за большим столом, стоящим посреди комнаты, очень внушительных размеров, и кушает гречневую кашу. Рядом сидит Кощей, одетый в красный парчовый халат, и тоже кушает кашу, но пшенную. Сидят-едят, как ни в чем не бывало, и друг на друга поглядывают. Отложил Иван ложку и спрашивает:
– Царь Кощей, почему у меня гречневая каша, а у тебя пшенная?
– А где ты пшенку увидал? Это же икра иноземная. Мне давеча бочку привезли в подарок. Ложка такой икры стоит, как на базаре лошадь, – похвалился Кощей и проглотил очередную «лошадь».
Пригляделся Ваня, действительно, похоже на икринки.
– Чего же мне икры не предложил? Я бы с удовольствием поел заморской вкуснятинки.
– Но ты же не царь. Вот будешь царем, тогда и лопай всё к ряду, – хрустнул икринками Кощей.
– Так сделай меня наследником. Я не подведу, даже икру есть не буду, только разок попробую, – попросил Ванька.
– А чем ты знаменит, чтобы в наследники метить? – спросил Кощей, отложив в сторону золотую ложку.
– Я разбойников убиваю, – гордо сказал Иван, – недавно целую банду уничтожил.
– Это ты зря сделал. Нужно было их ко мне привести, я бы денег тебе отсыпал, – сказал царь и, подумав, добавил: – Я разбойников не воюю, они у меня службу служат.
– Не понимаю.
– А что тут непонятного? Мне дешевле всех на службу взять, чем за ними по лесам гоняться. Если попадутся тебе какие-никакие неприкаянные разбойники, то веди всех ко мне. Пусть на меня работают, – ответил Кощей.
– Получается, что у тебя на службе одни разбойники? – изумился Ваня.
– Доход – это тот же расход, но наоборот. У меня круговорот такой: они мне платят, а я им, но мне на икру немного остается.
– Да-а, – удивился Иван и отодвинул тарелку с кашей.
В это время к столу подошла полуобнаженная женщина, сильно смахивающая на Ефросинью. Иван оглядел её сверху донизу и задал Кощею вопрос:
– Можно я тебе загадку загадаю?
– Валяй.
– Не ёжик, а свистит, – вопрошал Ванька.
– Это Соловей-Разбойник, – захлопал в ладоши Кощей.
– Угадал. Вот теперь я верю, что все бандиты на царя работают. А то было сомневался немного, – облегченно вздохнул Ваня, – А не боишься, что эти головорезы тебя однажды с царства подвинут?
– В мыслях они все – «кощеи», но душонками мелки. Их преданность зиждется на страхе и корысти, а не на порядочности и любви, так что я спокоен, прекрасно сплю и кушаю икру. Ну а если поднимут головёнки, то их мозги потекут по всем омутянским болотам. На их место придут другие, и так будет всегда, пока правит мудрый царь Кощей.
– А как же на это смотрят городские старосты, коль им с бандитами рядом жить приходится?
– Кто, старосты? – удивился Кощей. – Так они же с моей руки кормятся. Захочу, и кормушка в клетку превратится. Они это знают и ещё пуще меня любят, – ответил царь.
Иван решил сменить щекотливую тему беседы и, переведя взгляд на женщину, которая убирала со стола, произнес:
– Познакомь меня с Еленой Прекрасной, жуть как хочется на неё взглянуть.
– Да у меня все бабы прекрасные! Вот Нюрка, к примеру, чем тебе не по нраву? – спросил Кощей, шлепнув бабу по обнаженному заду.
– Таких-то мы видали. А Елена, говорят, само совершенство! – сказал Ваня, покосившись на Нюрку.
В это время в комнату влетела девушка, как две капли воды похожая на Настю, только глаза зелёные.
– Чего расселись, я ужинать пришла, – с порога заявила она.
– Алёнушка, ну кто так врывается? Гостя испугаешь, – ласково сказал Кощей.
– Это ты его пугаешь своей жуткой рожей, – ухмыльнулась Алёнушка.
– Так это и есть Елена Прекрасная? – восхищенно спросил Ванька.
– Она, а кто же ещё? Ты не особо коробься от её выходок, с ней только ласково можно, а то, не ровен час, отравит, – то ли пошутил, то ли взаправду молвил царь.
