Наш романтический поход на оперу оказался не таким удачным, как я на это надеялся, так что я подумал, почему бы мне все-таки не улизнуть прямо сейчас и не поехать на место преступления. Однако только взгляда на лицо Джен было достаточно, чтобы понять, что это может стать основанием для развода, так что я воздержался. Как бы то ни было, на следующее утро, в субботу, я встал в половине седьмого, чтобы отправиться к дому убитой семьи. Джен к моему уходу не проснулась. Во всяком случае не подавала виду.
Я приехал в восемь утра, как и сказала мне Пэм. День обещал быть очень длинным. Полицейских вокруг было по-прежнему предостаточно, однако журналистов оказалось на удивление мало. Наверное, они просто уже все ушли. Каким бы страшным ни было убийство – особенно множественное, – о нем непременно напишут в газетах, расскажут по телевизору. По моему опыту, чем все хуже, тем журналистам только лучше. Убийства Джека Потрошителя и по сей день широко освещаются в печати. Кажется, лишь подробности некоторых убийств на сексуальной почве не предаются огласке – хотя, пожалуй, это связано с сокрытием информации полицией, нежели с соблюдением приличий по отношению к скорбящим родным со стороны репортеров.
Когда я вошел в дом убитой семьи, в нем все еще стояла та смертельная тишина, что была мне уже так хорошо знакома, хотя полицейские вовсю работали, а люди переговаривались. То, что я обнаружил внутри, было леденящей кровь пародией на субботнее утро в домах обычных семей по всей стране.
В доме был идеальный порядок. Не было и следа от бардака, столь характерного для мест убийства: ни пустых бутылок из-под пива и водки, ни замусоленных грязных ковров, ни убитой кухни, ни залитого кровью туалета. Эта семья хорошо готовила и питалась, они заботились о себе и друг о друге.
Комната дочки-подростка была опрятной и приятной на вид: она прилежно выполнила свою домашнюю работу и сложила тетради в рюкзак. Ее одежда была аккуратно сложена. Она лежала в кровати в своей яркой пижаме. Единственная пуля прошла насквозь через ее голову.
ПОРОЙ Я ИСПЫТЫВАЮ ЗЛОСТЬ, ГРУСТЬ ИЛИ РАЗОЧАРОВАНИЕ. ТОЛЬКО Я НИКАК ИХ НЕ ВЫРАЖАЮ И ВМЕСТО ЭТОГО ПРЕДПОЧИТАЮ ХРАНИТЬ МОЛЧАНИЕ. Я РЕДКО КОГДА СПОРЮ И НИКОГДА НЕ ПОВЫШАЮ ГОЛОСА.
В соседней комнате на спине лежит старший брат, застреленный в лоб по центру где-то с 15 см. Судя по всему, во сне. Никаких следов борьбы не было.
Их мать – симпатичная женщина с темными волосами – лежала на правой стороне супружеского ложа. Сложенные вместе, словно в молитве, руки лежали под ее правой щекой. Вид умиротворенный. Пуля пробила ее лоб слева, и ручеек запекшейся крови стекал вниз по лицу.
– Никаких сомнений, это сделал отец, – сказал криминалист.
– Насколько тяжело он ранен? – спросил я.
Он пробыл здесь бо́льшую часть ночи и был бледный и растрепанный на вид.
– Ну, судя по всему, умереть он не должен.
Я задумался, действительно ли отец хотел умереть или же изначально намеревался лишь ранить себя. Предыдущие три выстрела вышли у него довольно точными. Себе он тоже выстрелил в голову? Если и так, то сложно было бы выстрелить так, чтобы наверняка избежать смерти. Странно все это.
Я узнал у фотографа, что он уже успел сфотографировать, а затем объяснил, какие еще мне нужны фотографии. Взглянув в последний раз на мать и обоих детей, я дал добро на то, чтобы забрать эти три трагически убитых тела в морг.
Когда их увезли, а все отпечатки уже были сняты, я мог свободно пройтись по месту преступления и внимательно его изучить. В то время про ДНК-экспертизу никто и не слышал, и судебная медицина уж точно не была столь развита, как сегодня. Как результат, наше поведение на месте преступления сегодня сочли бы более чем безответственным. Конечно, мы всегда старались не трогать ничего, кроме тела, однако если и оказывалось, что снятый отпечаток пальца принадлежит судмедэксперту, то единственным последствием для него была покупка криминалисту бутылки виски.
МЫ ВСЕГДА СТАРАЛИСЬ НЕ ТРОГАТЬ НИЧЕГО, КРОМЕ ТЕЛА, ОДНАКО ЕСЛИ ОКАЗЫВАЛОСЬ, ЧТО СНЯТЫЙ ОТПЕЧАТОК ПАЛЬЦА ПРИНАДЛЕЖИТ СУДМЕДЭКСПЕРТУ, ТО ЕДИНСТВЕННЫМ ПОСЛЕДСТВИЕМ ДЛЯ НЕГО БЫЛА ПОКУПКА КРИМИНАЛИСТУ БУТЫЛКИ ВИСКИ.
