Нико не верил в старые присказки, а дядя уже и без того находил многочисленные изъяны в его поведении, так какое значение имеет еще один мелкий промах? К тому же вряд ли сегодня предстоит что-либо опасное – разве что конфискация незаконного нефрита. Никто не сомневался, что Нико станет Пальцем клана, но Колосс велел Цзуэну Ню его не опекать. Нико должен выполнять ту же работу, что и любой другой новичок, так же рисковать и соблюдать дисциплину. В этом году Цзуэн Ню собирался уйти на покой. Колосс уже дал ему разрешение. Главным претендентом на должность Штыря был Лотт Цзин, но, пока он официально не получил повышение, вряд ли Первый Кулак будет рисковать отношениями с Коулами, подвергая наследника клана опасности.
– Хочешь заказать что-нибудь поесть? – спросил Нико, чтобы девушка наконец-то бросила попытки снова его возбудить.
Мера откинула волосы назад и плюхнулась рядом, вытирая губы. Она была хорошенькой, но многие симпатичные девушки пытались завладеть вниманием Нико. Ему было шестнадцать, когда девушка впервые предложила ему себя в темном углу сада в семейном поместье во время празднования Нового года. В тот раз он постеснялся воспользоваться предложением, как и в следующий, но после этого любопытство все же победило, и он встречался с несколькими девушками, в той или иной степени получая удовольствие.
– Можем заказать ужин сюда, если хочешь, – сказала Мера, – но я предпочла бы куда-нибудь сходить. А ты?
– Я не слишком проголодался, могу поесть позже. Просто подумал – может, ты чего-то хочешь.
– Я хочу только тебя, – вздохнула Мера, положив голову ему на плечо и обвив рукой торс.
Она говорила так томно, что Нико едва не поморщился. В двадцать лет он уже стал циником в отношениях с девушками. Мера была очередной юной особой, питающей надежды завоевать сердце перворожденного сына Коулов и выйти замуж за лидера Равнинного клана.
Нико винил своих родителей. Все знали романтическую историю о том, как юный Коул Хилошудон влюбился в каменноглазую девушку и вознес опозоренную семью Маиков на вершину клана. Несколько лет назад одна кабельная сеть хотела снять на эту тему слащавый телесериал, но после вмешательства Шелеста проект закрыли. Даже трагическая судьба дядьев Нико, Кена и Тара, незначительно омрачала эту легенду, возможно, потому, что Коул Маик Вен играла гораздо более значимую роль, чем жены всех предыдущих Колоссов.
– Мне нравится проводить с тобой время, – сказал Нико. – Ты такая милая.
Он не удивился, когда Мера окаменела в ответ на его снисходительную доброту.
– Я не милая. Я младшая из четырех детей, и родители не могли себе позволить отправить девочку в Академию, но это не значит, что я нежный цветочек. Мои братья участвовали в поединках. Моя старшая сестра – Фонарщица. Моя семья из среднего класса, но мы все Зеленые.
– Я никогда не говорил ничего плохого о твоей семье. – Нико повернулся и лег на живот. Простыня натирала его зудящую подживающую спину. Мера села и выключила телевизор. Она подтянула ноги к груди и посмотрела на Нико с молчаливым недоумением, словно обнаружив, что в пазле, который она собирала, не хватает одной детали. Девушки не сомневались, что под сдержанным поведением Нико скрывается страстный юный Штырь с горячей кровью, и чувствовали разочарование, не обнаружив этого человека.
Мера прикоснулась кончиками пальцев к рубцам на его спине и плечах.
– Откуда это?
– Меня выпороли. А ты что подумала? – пробубнил он в подушку.
– Тебя выпорол отец? – удивилась она, но в голосе явно слышалось удовлетворение – оказывается, старшего сына Колосса можно выпороть за непослушание, как любого юношу.
– Он мой дядя, а не отец, – поправил ее Нико. – И он выпорол меня за то, что я вел себя неподобающе для Зеленой кости.
Мера провела пальцами по коже до его затылка.
– Мне ты кажешься настоящей Зеленой костью, – проворковала она, слегка коснувшись его нефритового ожерелья. Это был нежный и смелый жест, некоторые нефритовые воины не разрешали дотрагиваться до своего нефрита даже женам. Ожерелье Нико когда-то принадлежало его отцу – настоящему отцу, Коулу Лану, о котором он столько слышал, но никогда не видел. На цепочке висели шесть нефритовых бусин. Другие сняли и убрали на хранение. Он получит их обратно, когда заработает, так сказали родители.
Нико положил подбородок на сложенные руки.
– А что такое настоящая Зеленая кость? Похоже, все знают, какими не должны быть Зеленые кости, но мы даже не пытаемся объяснить, какими они должны быть. Мы считаем само собой разумеющимся, что узнаем подлинный Зеленый характер. Но так ли это на самом деле? Людям достаточно одного взгляда на мое лицо, они знают мое имя, видят мой нефрит и считают, что знают меня. – Нико рассеянно и безрадостно хохотнул и ненадолго умолк. – А знаешь, что я думаю? – произнес он, размышляя вслух. – Я думаю, все они видят только оболочку. Ярко-зеленую, но пустую оболочку.
