— Признаюсь, Гарри, мы все изрядно поволновались. Сбежать от родственников, да ещё подобным образом! Я уж подумал… Слава богу, с тобой ничего не случилось! — с этими словами Фадж намазал булочку маслом и протянул тарелку Гарри. — Ешь, Гарри. Ты еле держишься на ногах. И у меня хорошая новость. Мы вернули мисс Марджори Дурсль в её обычное состояние…
— Она заслужила то, что произошло, — буркнул так и не притронувшийся к еде Гарри. — Она говорила о моих родителях очень плохое. Я долго терпел, недѣлю почти, но сегодня, сегодня она сказала, что моя мама шлюха, я так разозлился сэр… — совершенно убитым, полным вины под конец фразы голосом произнёс кругом виноватый подросток.
Ответить на это министр Фадж ничего не успел, в дверь вновь постучали и на пороге появился никак не ожидавшийся здесь, да ещё и в столь позднее врѣмя мастер палочек.
— Добрый вечер, Корнелиус.
— Мастер Олливандер, но как…?
— Да вот за внуком пришёл. Совы они, знаете ли, Ночному рыцарю по скорости уступают. Получил послание от него и встречать пошёл, и тут Том мне сказал о том, что вы здесь.
— Внуком, вы уверены?
— Как и в том, что вы пользуетесь палочкой моего изготовления. Плакучая, столѣтняя ива и сердце дракона, пять с четвертью вершков, — совершенно спокойно произнёс мастер палочек и протянул министру небольшой, элегантного вида тубус. — Вот бумаги из гильдии геральдики, в середине апреля запрос к ним подал.
Принявший тубус из рук мастера министр открыл его и быстро пробежался глазами по оказавшимся в его руках документам.
— Невероятно, это прямо-таки невероятно, и раз вы здесь…
— Разумеется, Корнелиус, и Гарри я с вашего позволения забираю, мне искреннее жаль, что ему не нашлось места в доме его родной тётки. Меня печалит то, что для неё кровь всего лишь вода!
— Ужасно, мальчик сказал мне, что она плохо отзывалась о его матери.
— Мне печально это слышать, господин министр, и я ещё раз искреннее приношу вам мои самые искренние извинения за причинённые вам моим внуком неудобства. Видит Мерлин, он ничего подобного не желал.
— Всецело с вами согласен, и раз уж вы здесь и всё так как оно есть, возможно, вы?
— О, разумеется, господин министр. В самое ближайшее врѣмя я намерен подать прошение об опеке. Негоже магическому ребёнку, да ещё и такому, как наш Гарри, среди маглов на попечительстве его тётки-сквибы оставаться.
— Полностью с вами согласен и всецело вас поддержу, — обрадованно воскликнул уже отложивший переданные ему Олливандером бумаги в сторону, министр Фадж.
— Благодарю, Корнелиус, могу ведь я вас так называть, господин министр?
— Разумеется, мастер, всенепременно, разумеется. Гарри, не мог бы ты выйти. Мне с твоим дедушкой нужно кое-что обсудить?
— Ддааа… сэр… — промямлил ушам своим неверящий Гарри и чуть не опрометью вылетел за дверь.
О чём говорили за закрытыми дверями, Гарри не узнал. В коридоре обнаружился хозяин, а по совместительству ещё и бармен этого заведения, и он же и отвёл его вниз. Поставил перед ним кружку какао, да на том и откланялся. Примерно полчаса спустя на лестнице послышались шаги и появился вначале министр, а следом за ним и выглядящий несколько задумчиво мастер палочек. Первый практически тут же скрылся во вспыхнувшем зелёном камине, а вот второй поманил сидящего у стойки Гарри за собой.
— Пойдём что-ли, ночь на дворе, спать пора.
— Да, сэр, только я…
— На улицу выйдем и поговорим, — остановил уже практически готовый сорваться с уст ребёнка поток вопросов Олливандер. Открыл проход и неспешно направился по мощёной камнем мостовой.
— Мастер? — догнав его спросил чуть задержавшийся Гарри.
— Хочешь понять, как я обо всём узнал, и почему аж целому всамдѣлишному министру тебя как внука представил?
— ДА! Я… — громче чем хотел выпалил Гарри.
— Ну тише ты, перебудишь всех, — шикнул на тут же потупившегося мальчишку мастер палочек. И чуть помолчав, продолжил: — Совы ты мне естественно не посылал, ну да министру об этом знать, как мне кажется, вовсе не обязательно. А вот бармен и мой добрый друг Том это очень даже и сдѣлал, а если точнее, то он камином воспользовался. И как я и сказал министру, в апреле я обратился к мастерам по геральдике. А как заключение их получил, так сразу же Тома и попросил. Так мол и так, появится коли, предупреди. Письмам я подобные сведения доверять не рискнул, не после того, что ты мне о прошлом лете рассказал.
— То есть получается, что…
— Да, Гарри, о нашем подтвердившемся родстве я, как и сын мой, с самого начала лета знаем. И вот вначале к Тому прибывает самый настоящий всамдѣлишный министр магии, весьма надо сказать, с его слов, недовольный министр магии. Затем Ночной рыцарь и ты на нём. И вот, проводив тебя и министра в кабинет, он мне и сообщил, приходи мол, пострелёнок твой появился и министр при нём, недовольный жутко. Ну я бумаги подмышку, да и в путь, врѣмя хоть и позднее, да не позднее ночи будет. Как раз к самому интересному и подоспел.
— То есть получается, что это не шутка? Что я по-настоящему ваш всамдѣлишный внук?