— Ого, — только и сумел вымолвить обалдевший от всего услышанного Гарри, настолько доходчиво и просто ему ещё никто ничего не объяснял. А тут ещё и палочки особенные… — Мастер, а может быть такое, что не палочка особенная, а маг её взявший, может тогда быть так, что она, как дядя Дэрек сказал, из него наркомана сдѣлаетъ?
— Может, — сухо подтвердил явно не слишком радующийся такому вот утреннему разговору мастер. — И я, признаться, одну такую сотворил, а если точнее, то две. В создании они ничем особенным от самой обыкновенной не отличаются. Но вот мага особенного встретят… Я думаю, ты помнишь, что когда ты сам свою выбирал, я одну тебе чуть не силой именно в правую руку взять велел.
— Да! — округлив глаза, пробормотал ошарашенный откровением мастера Гарри.
— Так вот, как я тебе и сказал, именно эту я дал тебе намеренно. Тогда я уже понял, с чем именно я столкнулся и посчитал правильным это своё детище банальным образом уничтожить. Тогда, когда я их создавал, я и подумать не мог. Феникс Альбуса дал мне сразу два пера. Редкость, нонсенс, необычно в общем. У меня и в мыслях не было. Но вот только тис и перо того самого феникса свели с ума того, кто родителей твоих в итоге убил. Мог ли я тогда в далёком тридцать восьмом, молодой, неопытный, даже просто предположить. Но в итоге всё получилось в точности так, как Дэрек и описал. Та палочка, как оказалась, магу, к ментальной магии склонному, противопоказана была. Но это я куда как позже выяснил, в семидесятых, если точнее. Тис тот нашёл, не я его древесину брал, брат отца, и то ли невнимателен был, то ли ещё что. Но суть в том, что дерево то необычное, на месте силы оно и на месте том некто не слишком умный ритуал один пресквернейший провёл. Давно было, очень давно. Жертву там принесли кровавую. Как итог — палочка та именно склонному к ментальным наукам строго противопоказана. А тот, кто в последствии родителей твоих убил, таким именно и оказался. Легилимент, природный, сильный. И именно её он конечно же и выбрал. Дозу, по сути, получил и зависимость тут же. Об итоге всего этого вся Британия магическая в курсе. А вот о сестре той палочки вовсе даже и нет. И если тисовая в итоге к паранойе и безумию мага менталиста привела, то вот та, что я из падуба сдѣлал. Падуб остролистый, он же остролист, крайне жизнестойкое растение, способное выживать в глубокой тени лесов, где не всходят семена других растений, вооружённое колючками и ядовитыми кроваво-красными ягодами, дающее пищу и приют птицам, и исцеление — людям, казалось бы, одноврѣменно олицетворение и защиты, и угрозы. Его плодоношение с древности связывали со сменой врѣмён года, противоборством жизни и смерти.
Падуб обладает прочной, устойчивой к негативным факторам древесиной. Та же гниль ему практически не страшна, ведь заставить его древесину гнить — это надо весьма постараться. Одна малоизвестная в мïре магов христианская легенда к примеру гласит, что Крестъ объявленного священниками сыном бога Иисуса Христа был именно из падуба. Его острые листья олицетворяют терновый венец и страдание, а красные ягоды — кровь Христа. Есть мнение, что Христу возложили на голову венок именно из остролиста и его ягоды, бывшие изначально белыми, покраснели от крови Спасителя. Считается, что изготовленное из падуба, будь то копье, стрела, или же волшебная палочка приносит безоговорочную победу над злом. Это древо также известно как символ возрождения и смерти. По народным поверьям, падуб защищает от колдовства и молний. Все падубы, вне зависимости от места своего произрастания, содержат большое количество кофеина и других не менее активных веществ, дѣлающих употребившего их, скажем так, чрезмерно активным. Ну а теперь соединим всё это, умножим на перо феникса и…
— Получим палочку героя смертника от магии. Феникс будет стремиться в бой к уничтожению всего нечистого, неприемлемого, падуб будучи древом-оружием, его в этом поддержит и силы придаст. По итогу замкнутый, вечно раздуваемый всеочищающим пламенем феникса, цикл. Отец, как ты мог? Зачем ты нечто подобное создал?! — воскликнул изумлённо вскочивший из-за стола Дэрек.
— Молодой был, глупый, как итог, получилось то, что получилось.
— Она уничтожена, скажи мне что ты избавился от неё?!
— Я позаботился об этом, и эта палочка никому уже не навредит.
— Ну да, вот только перед этим ты сказал, что дал её Гарри, о чём ты вообще думал?!
— Именно о том, чтобы она умерла и Гарри с этим, как впрочем и с несколькими её подружками, прекрасно справился.
— И как же, скажи на милость, он сумел бы? Маленький, несмышлёный, одиннадцатилѣтний ребёнок, сирота с, по опредѣлению израненной утратой родителей душой. Как и чем он должен был этому монстру противостоять.
— Как раз именно Гарри и мог, только не противостоять. Но банально отменить, вернуть к изначалию. Не мне тебе пояснять, как тяжело уничтожить своё, да ещё и полностью рабочее и с точки зрения мастерства, прекрасное творение. И тем не менее поняв, что у меня появился этот самый шанс, я его использовал.