Затронув в ходе изысканий конфликты Руси с Византией, нельзя не остановиться на фигуре князя Святослава чуть подробнее. Как ни странно, больше сведений о нём можно почерпнуть из иноземных источников, что отчасти можно объяснить его неуёмной тягой к немирным походам в дальние страны. Наиболее значительным достижением Святослава явился разгром Хазарского каганата, что стало, в том числе причиной того, что хазарские письменные источники, которые могли бы об этом поведать, не сохранились. Византийская империя была покрепче, потому есть возможность ознакомиться с сочинениями её авторов. Византиец Лев Диакон являлся самым авторитетным автором описавшим войну Святослава с Византией. Он был не просто современником описываемых событий, но зачастую непосредственным участником, в чём можно удостовериться, ознакомившись с единственным и превосходным описанием внешности Святослава. Упомянутый выше посланник императора привёз русскому князю почти половину тонны золотых монет, а взамен попросил захватить для Византии Болгарию, на что тот, вероятно испытывающий нужду, с радостью согласился. Святослав обязательство выполнил не полностью – Болгарию захватил, но отдавать её не захотел – самому понравилась и аппетит появился, из-за чего завязалась война 870-871 гг И, как и подобает культурному политику, император Никифор обратился с сочувствием к болгарам (на которых ранее натравил росов) и предложил объединить усилия для совместного противостояния скифским захватчикам, но продолжить свой проект не смог, так как дома нашёлся более успешный политик-претендент на престол некто Цимисхий, вероломно и зверски убивший его. Новый император выслал, имеющиеся под рукой, силы к границам с Болгарией и начал основательную подготовку к войне. Здесь следует особо отметить, что если в предыдущих военных конфликтах с Русью основные силы Византии или часть их, по сообщениям их же источников, были заняты в боевых действиях на других фронтах, то в этом случае все силы империи были задействованы против росов. Далее военные действа, по описаниям прилежного ученика Гомера и Геродота, незаурядного (без иронии) писателя Льва Диакона, проходили следующим образом. Святослав выслал навстречу ромеям некоторые силы, большая часть которых были «гунны» (предполагают печенегов). Силы эти не были предназначены для прямого столкновения, так как не возглавлялись военачальником соответствующего ранга, в то время как Диакон знал всех таковых у росов и называл их в своём описании. И тем не менее, автор сообщает о 30 тысячах в отряде варваров, это притом, что он же сообщал, что всего у Святослава вместе с «гуннами» в начале кампании против болгар было 60 тысяч воинов, а с учётом, как представлено Диаконом, неумения сражаться, часть росов должна была быть побита болгарами. Войско ромеев насчитывало менее 10 тысяч, но под командованием храбрейшего военачальника Варды – больше бедная Византийская империя снарядить не смогла – не по силам, с другой стороны и не требовалось больше против варваров. Варда, презрев трёхкратное превосходство противника, напал и разбил росов, уничтожил более 20 тысяч из них и потерял при этом 55 (пятьдесят пять) человек! На следующий год весной против Святослава выступил сам император во главе основательно подготовленной армии, численность которой Диакон скромно умалчивает и сообщает только, что впереди основных сил двигались отборные части числом не менее 30 тысяч. Первыми под удар ромеев попали росы находившиеся в городе Преслава. Об их количестве можно судить из сообщения Диакона, по которому командовал ими Сфенкел, «который был у скифов третьим по достоинству после Святослава». Росы вышли из города и сражались с переменным успехом, но всё же бежали за стены, потеряв при этом «Рассказывают, будто…» 8500 скифов. Эта не единственная оговорка-упущение автора говорит о многом. Далее, на следующий день ромеи ворвались в город, уничтожали и уничтожали в огромном количестве скифов, которым пришлось постыдно укрыться во дворце. Ромеи подожгли дворец и не менее 7 тысяч росов вышли, приняли бой и были уничтожены, сообщается о 150 убитых у победителей. Сфенкел «с немногими» умудрился уйти целым и невредимым – наверное Перун помог. Итак, росы уже только в прямых столкновениях с ромеями потеряли якобы более 35,5 тысяч воинов. Святослав с основными силами находился в городе Дористол, в окрестности которого и прибыла армия Византийской империи во главе с императором. Город осаждён не был, это понятно потому, что росы имели свободный доступ к своим судам, и культовые действа совершали вне городских стен. Росы в крепости не отсиживались, каждый день выходили на равнину и атаковали ромеев. В одном из сражений росы выступили конными, в то время как до того Диакон поведал, что: «Скифы сражаются в пешем строю; они не привыкли воевать на конях…». Странное утверждение! В каждом сражении было убито несметное число скифов, сообщается о потерях только в последнем – 15,5 тысяч росов и 350 ромеев. Сам Святослав был сильно изранен и потерял много крови. Росы запросили мира с условием исполнения ими принятых ранее обязательств по захвату Болгарии, соответственно при обеспечении безопасного выезда на Русь и, кроме того, предоставить пропитание на дорогу. Император «…с радостью принял эти условия…» и росы, забрав пожитки, удалились на родину количеством 22 тысячи человек. Император Цимисхий триумфатором вернулся в Константинополь. Отставив в сторону патетику попробуем подвести итоги и выделить рациональное зерно из произведения. Состоялось девять сражений, в четырёх из них было убито 51 тысяча росов и около 0,5 тысячи ромеев, в каждом из пяти с неопределёнными потерями пало не меньше воинов, чем в одном из первых трёх, в которых было ощутимо меньшее число сражавшихся, то есть не менее 11 тысяч в каждом. Таким образом, общие потери росов, по Диакону, составили около 106 тысяч человек, без учёта погибших в войне с болгарами, он же сообщает, что в Болгарию их прибыло 60 тысяч, а отправилось домой восвояси 22 тысячи. Из приведённого расчёта следует, что подвести объективный итог и сделать выводы из противостояния, не имея других объективных источников информации, можно только используя закон причины и следствия. Византийская империя, успешно противостоявшая в те времена Арабскому халифату, по своим возможностям многократно превосходила Киевскую Русь. Чтобы оценить возможности Византии достаточно знать, из того же сочинения Диакона, какое количество воинов ромеев участвовало в военных действиях против арабов в Сирии перед самым конфликтом в Болгарии – 400 тысяч! Имея явное превосходство Константинополь, тем не менее год готовился к войне, мобилизовал резервы, заморозил конфликты с другими противниками. Святослав, по данным от Диакона, перед нападением на Болгарию имел всего 60 тысяч воинов. Всего, это вместе с гуннами они же печенеги и венгры по русским источникам, но их участие в сражениях против ромеев было отмечено Диаконом только в первом столкновении, далее однозначно присутствуют только росы. Росы вели войну на огромном по тем временам удалении от своих источников ресурсов, на неприятельской территории и рассчитывали максимум на богатую добычу, основания так полагать даёт история всех предыдущих походов на Царьград. Святослав под защитой стен не отсиживался, свои сражения не проиграл, с войны отбыл при оружии с почётным миром на своих условиях, с награбленным добром (мирное соглашение не предусматривало его оставление), при этом он уже получил ранее оплату за войну с Болгарией, и это не считая вывозимой ранее добычи при покорении Болгарии. О том, что Святослав не был побеждён указывают и некоторые случайные оговорки (не по Фрейду, а по Геродоту) и незначительная на первый взгляд информация, которые могут быть красноречивее любых цифр, тем более явно взятых с потолка. Это во-первых, радостное и беспрекословное согласие императора Цимисхия на мир на условиях Святослава – так победители, тем более византийские никогда не поступали. Во-вторых, в описании встречи князя и императора после заключения мира, при которой несомненно присутствовал Лев Диакон, можно узреть интересные детали. Цимисхий прибыл на встречу во главе многочисленного отряда в парадном облачении. Святослав приплыл в лодке (ладье) без особой охраны в простой белой одежде и, кстати, без единой царапины вопреки сообщению о многочисленных ранениях и потери крови в последнем сражении. При разговоре князь сидел на скамье лодки, император если и сидел, то в седле, что не может являться признаком превосходства.
