Я уставилась на парня, который дарил мне котёнка с именем моего любимого композитора. Причём делал это так неуклюже и мило, что я готова была разрыдаться, ведь в этом году особенных подарков у меня не предвиделось. Так… пару тысяч от тётки на «что-нибудь интересное», книга от двоюродной сестры и наушники от брата. Настя привезла фрукты и какую-то закладку с ракушками.
И вот у меня в руках мягкий тёплый комочек.
– Шопен… – повторила я и приподняла в руках котёнка, рассматривая его серые глазки. – Где ты его взял?
– Долгая история, – ответил парень, чему-то ухмыляясь. – Подумал, тебе нужен друг.
– Спасибо.
Прижав котёнка к груди, я улыбнулась Никите, всё ещё не осознавая, что происходит.
– Что у вас тут? – влезла сестра в щель открытой двери.
– Вот, – протянула я ей малыша. – Шопен.
– Нет, – тут же сказала Настя. – Нет, нет и нет. Даже не вздумай.
– Смотри, какой он хорошенький, у него белый галстучек на шее, – промурлыкала я, задабривая сестру и поднося кота поближе к её лицу.
И тот, словно зная, что именно от этого человека зависит его судьба, высунул розовый язычок и лизнул её в нос.
– Ой, – растерялась Настя.
– Вы не волнуйтесь, Анастасия Сергеевна, у него все прививки есть. Я проверил.
– Астахов, – строго начала сестра, но потом встретилась со мной взглядом и продолжила мягче: – Прежде чем приносить животных в дом, надо уточнить, нет ли там у кого-нибудь аллергии.
Последнее слово отдалось где-то внутри. И не у меня одной. Я повернулась к Никите, который уныло улыбнулся. Как бы я ни противилась, но нас уже что-то связывало с ним. Что-то, чего иногда даже объяснять не стоит.
– Да, понимаю. Но мы переписывались с Викой, и она сказала…
– Так это вы с Викой всё спланировали?
Она забрала котёнка у меня из рук и, усадив его на одну ладонь, нежно погладила по спинке. У соседей открылась дверь, и оттуда вышел мужчина, а из квартиры высунулась его жена Лена, которая иногда приходила к Насте пить чай.
– У вас всё хорошо? – спросила она.
– Да, Лен, привет. Всё хорошо.
В подъезде снизу послышался смех, соседка захлопнула дверь, а лифт открылся, запустил пассажира и поехал вниз. Всё это время Никита пытался поймать мой взгляд, а я пыталась не встречаться с ним.
– Почему он так пищит жалобно? – нарушила затянувшуюся тишину сестра.
– Наверное, проголодался, – отозвался Астахов. – Я тут…
Он отошёл к ступенькам за лифтом и вынес оттуда пакет.
– Здесь туалет, чашки, корм. Мне сказали, это всё, что нужно котёнку на первое время.
Теперь уже я приподняла бровь и рассматривала Никиту словно Дедушку Мороза, который заранее готовил подарок.
– Просто я зашёл в зоомагазин, и там продавщица…
– Так, ладно, – опять прервала его Настя. – Вы тут болтайте, а я пойду его покормлю. Давай свой пакет. Но… знай, Астахов, что зря ты это всё затеял.
– Я подумал…
– Ты бы так на уроках думал, Никита. Цены бы не было.
Он опустил глаза, рассматривая сырые мыски своих «тимберлендов», и протянул пакет.
Сестра строго зыркнула на меня, перед тем как вернуться в квартиру и прикрыть за собой дверь. Было понятно, что потом придётся выслушать строгий монолог о том, что так не поступают и вообще она предупреждала, что никаких животных в доме не будет. Пусть. Внутренне я радовалась, кот – это нежность.
– Спасибо, – сказала я и взглянула на парня.
– Пожалуйста.
Мы снова молчали, хотя в сети всегда хватало слов, чтобы сказать то, что думаешь, или посмеяться над чем-то серьёзным.
– Не замёрзнешь? – вдруг спросил он.
– Не-а.
– Ладно, я пойду, – неловко пятясь к лифту, пробубнил он.
– Ты, это…
Парень остановился и посмотрел прямо в глаза, стараясь проникнуть дальше.
– Не думай, что в битве это будет считаться за дополнительную галочку твоей стороне.
Он хохотнул и подошёл снова, улыбаясь чему-то своему. От него пахло свежестью, снегом и корицей, а ещё каким-то парфюмом, но я не могла его уловить.
Никита осторожно поправил прядь, упавшую мне на лицо, и произнёс то, что мне хотелось услышать:
– Это уже не игра, Вик. Я тебе написал, что выхожу из неё. Если тебе нравится Матвей, я мешать не буду. Только…
– Только что? – резко заметила я.
– Только ты должна знать, – он снова отступил, увеличивая дистанцию между нами. – Репин не прощает обид. Никогда. Так что будь осторожна с ним.
– Хочешь меня запугать?
– Нет, всего лишь предупреждаю.
– Какой ты благородный. Хм… В списке BBC26 напротив книг Остин можно ставить галочку?
Мой язык бежал впереди меня, если задевали чьи-то слова.
Никита усмехнулся, зачёсывая рукой волосы.
– Я далеко не Дарси, – сознался он, снова открыто смотря мне в лицо. – Но если тебе понадобится помощь, то я всегда рядом. Только попроси.
Он картинно покрутился на носке огромного ботинка и шагнул к лифту.
– Подожди, – я шагнула за ним.
– Да?
Мы стояли так близко, чувствуя дыхание друг друга, тепло и что-то ещё, что тянуло нас друг к другу, но в то же время отталкивало, словно магниты с одинаковыми полюсами, то ли южными, но, скорее всего, холодными, северными.
– Расскажи о Маше, – наконец выпалила я.