Глупо было думать, что кто-то ещё может так вести себя в лесу и идти, не таясь и громко переговариваясь. Но у меня до последнего теплилась надежда, что я увижу обычных людей, которые шли по своим делам, а не по наши душу. Но черная футуристическая броня, уже знакомые мне автоматы, непривычной компоновки с магазинами в прикладе, развеяли все надежды в прах и заставили крепко стиснуть своё оружие.
Они приближались прямо к позиции, где, укрывшись в густой зелени раскидистого куста, сидел молодой. Я взял на прицел ближайших врагов со своего фланга, решив, что гном не дурак и будет целиться по тем врагам, которые с другого фланга, который ближе к нему и замер, ожидая дальнейших событий, которые не заставили себя долго ждать.
Молодой увидев перед собой противников, перестал трястись и внезапно с громким криком вскочил на ноги и побежал на них, пытаясь снять автомат с предохранителя. Солдаты в черной броне на секунду опешили, но даже это не спасло молодого, который кинулся в глупую самоубийственную атаку, даже предварительно не сняв свой автомат с предохранителя.
Понимая, что гибель высокого парня, у которого сдали нервы неизбежна, я всё равно открыл огонь по ближайшему ко мне солдату, послав в него пару пуль и перевёл ствол автомата на следующего, быстро дергая пальцем спусковой крючок.
Молодой так и не успев произвести не единого выстрела, рухнул на землю замертво, сраженный десятком пуль одновременно. Я успел поразить пару штурмовиков, пока они расстреливали выбежавшего на них парня.
Стрелял не только я, сбоку раздавали выстрелы гнома, который тоже собрал свою кровавую жатву, без колебаний открыв огонь по противнику, одновременно вместе со мной.
Враг отреагировал на это так же быстро, как и на выбежавшего из кустов молодого. Едва первый сражений мною штурмовик упал на землю, как противник быстро рассредоточился, укрываясь за деревьями и начал посылать пули туда, где залег я и гном.
Свинец со свистом пролетал над моей головой, безжалостно срезая тонкие ветки, которые сыпались на меня вместе с листвой. Некогда густой куст начал лысеть на глазах, с каждой секундой облегчая прицеливание противнику.
Я не стал дожидаться, пока они попадут в меня или окружат и вжимаясь в землю пополз назад, покидая своё позицию. Повернув голову в бок, я увидел, что гном повторяет мой манёвр и тоже ползёт по траве, оставив позицию, которую неприятель с остервенением обстреливает.
Я быстро полз, не обращая внимание на то, что острые сухие сучки и упавшие шишки, царапают мне руки до крови. Мой разум кипел от злости и хотел мести, беспощадно заталкивая здравый смысл, логику и инстинкт самосохранения в самый дальний уголок мозга. Су…и, сук…и убили парня, которому ещё жить и жить!
Гневно орал мой внутренний голос, разжигая в душе яростный огонь. А ещё ты даже не узнал имя человека, который доверил тебе свою жизнь, которую ты не смог уберечь! Подливал противный внутренний голос масла, и без того в бушующее в моей душе пламя.
Осознав, что я действительно даже не спросил у убитого имя, я заскрипел от ярости зубами и твёрдо решил, что штурмовики ещё не заплатили своей кровью достаточную цену за гибель молодого.
Ярость, которая выжигала мою душу, придавала мне силы. Я полз с такой скоростью, которую сам от себя не ожидал, при этом не чувствуя боли и усталости. Горечь потери и жажда мести были настолько сильны, что затмевали все другие чувства.
За короткое время отползя на расстояние, на котором пули уже не так концентрировано свистели, пролетая над головой и рядом, я подполз к толстому стволу дерева и встал на ноги, укрывшись за ним. Аккуратно высунув голову из-за дерева, я поискал взглядом гнома. Мой подопечный совсем немного отстал от меня и уже практически подполз к дереву, за которым я укрылся.
Дождавшись, когда он встанет рядом, вжимаясь в ствол соседнего дерева, я в первую очередь спросил у него имя убитого парня. В глазах гнома мелькнуло удивление, кинув на меня внимательный взгляд, из-под своих кустистых бровей, он ответил:
– Егор. Парня звали Егор. Он был программистом от бога и добрым человеком, мне кажется, что он за всю жизнь и мужи не обидел. – Быстро проговорил гном и немного подумав, добавил. – А меня зовут Николай.
Я матюгнулся про себя, вот я дурак! Так зациклился на мертвом человеке, что о живом особенно и не подумал. Интересно, если бы гном сам не сказал свою имя, когда бы я у него поинтересовался, после того как и его не дай бог убьют?
Прервав опасное и не нужное сейчас самобичевание, я сказал Николаю:
– У меня есть дерзкий план, но о нем поговорим чуть позже, а сейчас нам нужно бежать отсюда, пока нас не окружили и не перестреляли как мишени в тире.
– Согласен.
Коротко ответил гном. Я поправил рюкзак и побежал, от дерева к дереву петляя как заяц, стараясь чтобы у меня всегда было укрытие от пуль. Позади я слышал шаги бегущего за мною напарника напарника.