Получив подбадривающие слова в напутствие, тормознутый лег на живот и медленно пополз по притоптанной земле, смешно отклянчев задницу вверх, поднимая в воздух пыль. Я тоже лег на пол и пополз вслед за ним, практически упираясь головой в его ноги, готовый в любой момент схватить его, если он предпримет попытку убежать от меня.
Ползать пленник не умел и полз чертовски медленно, сильно этим зля меня. Хотелось от души треснуть ему обломком ножки от стула, по его отклянченой заднице, чтобы он быстрее шевелил конечностями. Но вряд ли бы это помогло, а вот лишних проблем, могло прибавить.
Поэтому крепко стиснув зубы, я мысленно проклинал его за медлительность и полз со скоростью улитки вслед за ним.
Достигнув нужного нам туннеля, который скрывался за скромной деревянной дверью, мы быстро заскочили внутрь и закрыли её за собой, оказавшись в кромешной темноте. Я тут же нащупал тормознутого и схватил его под локоть, чтобы он не ускользнул от меня в темноте и спросил у него:
– Тут свет есть?
– Нет, кому тут светить, проводам?
– А почему бы и нет?
– Потому что электричество весьма ценный ресурс, чтобы бездумно сжигать его. Сюда протянута левая проводка, которой не должно быть. Поэтому нас за каждый лишний сожжённый киловатт, наша крыша дрючит! Но мы и так справимся, у меня есть зажигалка.
Произнося это, пленник замолк и зашарил свободной рукой у себя в кармане штанов. Потом раздался громкий щелчок и у него в руке расцвело желтое пламя, которое немного осветило туннель, испугано при этом колыхаясь и норовя затухнуть.
Прежде чем тормознутый потушил пламя, я успел рассмотреть узкий, прямой подземный ход, обитый почерневшими досками на которых была плесень. Сверху по потолку шли разной ширины провода, местами весь халтурно скрученные и не везде на месте скруток заизолированные.
Водимо даже покровители подземной нарколаборатории не смогли раздобыть нормальные, новые провода и использовали при подводе электричества к объекту, куски бывшей в употреблении проводки, откуда-то смародёрив их.
Мой невольный проводник, ещё раз зажег на короткое мгновение зажигалку, освещая нам путь, мы медленно пошли вперёд. Поскольку зажигалка была единственным нашим источником света, я приказал тормознутому экономить в ней газ и зажигать её не чаще, чем раз в минуту, чтобы быстро осветить туннель, осмотреть его и продолжить маршрут в темноте.
Из-за отсутствия нормального источника света, двигались мы очень медленно. Я нервничал, время в сырой темноте с запахом плесени тянулось по-другому. Мне казалось, что мы тут уже сутки бродим, периодически разрывая непроглядную тьму, чиркая зажигалкой и осматривая туннель.
Не знаю, знал мой спутник где располагается люк, ведущий на поверхность или случайно его увидел, но во время очередной останки, пламя зажигалки осветило ржавые железные скобы, которые шли по одной стене на верх, к круглому металлическому люку. Судя по бетонному полукругу, через который пролегал туннель, раньше тут находился технический колодец с кабелями связи, или что-то подобное.
Тормознутый отдал мне зажигалку, попросив ему подсветить и полез наверх, цепляясь за металлические скобы в стене. Я стоял внизу и внимательно наблюдал за ним, готовый в любой момент схватить его за ноги, и не дать убежать.
Добравшись до потолка, знаток подземелий, держась одной рукой за скобу, другой уперся в крошку люка и кряхтя от натуги, попробовал приподнять её. Некоторое время крышка сопротивлялась, не сдвигаясь с места, но потом поддалась. Приподняв её немного верх, чтобы она вышла из пазов, тормознутый с усилием сдвинул её в сторону и начал подниматься из подземелья.
Опасаясь, что, оказавшись снаружи он закроет крышку и встанет на неё, лишив тем самым меня возможности выбраться, я ринулся на поверхность, вслед след за ним.
Оказавшись снаружи и убедившись, что мой подневольный проводник и спаситель не собирается убегать, я огляделся.
На улице было темно и кроме поля, края которого растворялись в темноте, ничего не было видно. Я даже не смог определить, в каком направлении и на каком расстоянии, мы находимся от разрушено поселка, в руинах которого находилась подземная нарколаборатория.
Ни увидев абсолютно ничего, я обратился к органам слуха, которым в отличии от зрения, ночная темнота не была помехой. Результат был точно такой же, кроме тихого дыхания своего невольно спутника, я ничего подозрительно не услышал. Только слабый шелест травы, которую ласкали несильные порывы ветра и звуки ночных обитателей, которые жили своей жизнью.
Значит я смог выбраться и теперь нужно что-то решать с тормознутым, убивать его мне не хотелось. Несмотря на то, что он работал на моих врагов и производил смертельную гадость, по характеру и был миролюбивым и безобидным.
Стоя в темноте по среди поля, в густой траве и понимая, что каждая секунда на вес золота, я лихорадочно решал, что мне делать с заложником.