– В каком смысле?
– Кто направил телеграмму?
– Секретарь по туземным княжествам, конечно.
– Ясно.
И формулировка, и автор казались ужасными. Но я видел выход. Телеграмма пришла от секретаря по туземным княжествам, человека из ближнего круга вице-короля. Он был одним из высших чинов в Индийской гражданской службе. Однако ни я, ни Кармайкл не подчиняемся ИГС. Как офицер Имперской полиции, я нахожусь в подчинении своего начальства в Калькутте, а он, как британский резидент в Самбалпуре, подчиняется Индийскому офису в Лондоне.
– Что ж, – вздохнул я, – определенно, у
Он уставился на меня так, словно я заподозрил, что он бегает нагишом по дворцовому парку.
– У меня? – едва не взвизгнул он.
– Насколько я понимаю, вы получили телеграмму от кого-то из ИГС, которой ни вы, ни я не подчиняемся. Я здесь в отпуске, и, как вам известно, сам махараджа изъявил желание, чтобы я применил мои профессиональные навыки и наблюдал за действиями самбалпурской полиции. Мой отъезд сейчас нанес бы серьезную обиду Его Величеству, королевскому двору и, возможно, всему народу Самбалпура, особенно учитывая, что я не получал на этот счет никаких распоряжений от своего начальства.
Плечи Кармайкла поникли, и он наконец опустился на стул, который подставил ему Несокрушим. Когда подлинный смысл ситуации дошел до него, резидента, казалось, замутило. И я его не винил. Он был профессиональным дипломатом, человеком, привыкшим всю жизнь подчиняться приказам безликого начальства на другом конце телеграфного провода. Что он должен делать, когда приказы исходят от кого-то вне цепочки субординации и вызывают серьезные сомнения? Кармайкл обратился к своему прежнему опыту и, как всякий хороший дипломат, с грехом пополам решил проблему.
– Я затребую пояснений, – сказал он. – Но пока должен настаивать, чтобы вы покинули резиденцию.
Меня это вполне устраивало. При условии, что у них найдутся свободные номера в отеле «Бомонт», где наверняка гораздо удобнее, не говоря уж о том, что там имелось электричество.
– Договорились, – согласился я. – Если не возражаете, мы перевезем вещи сегодня во второй половине дня, после кремации ювраджа.
– Да, хорошо, – раздулся он от важности. – Полагаю, это вполне приемлемо.
– А сейчас, если все решено, нам с сержантом надо работать. Уверен, что и вы крайне заняты. Вам ведь нужно будет представлять британскую сторону на похоронах.
– Да, конечно, – поднялся он. – Как вы сказали, мне необходимо поддерживать отношения. Желаю вам обоим удачного дня и увидимся позже.
– Похоже, кого-то наверху совсем не устраивает ваше пребывание здесь, – заметил Несокрушим, когда Кармайкл вышел.
Он был прав, и у меня на примете имелись два очевидных кандидата: вице-король, который мне не доверял после прошлогодней истории с Сеном, и шпионы из подразделения «Эйч», которые, будем честны, не доверяли вообще никому. Но вот кто именно и почему – это вопрос. И я вновь подумал, что в деле кроется нечто большее, чем религия или проблемы местной самбалпурской политики. И это не давало покоя.
– Ну что же, – вздохнул я, – мы купили себе отсрочку, но Кармайклу не потребуется много времени, чтобы отправить новый запрос. Если за этим стоит вице-король, уже через несколько часов он отдаст необходимые распоряжения лорду Таггерту, приказав ему вернуть меня в Калькутту.
По правде говоря, меня отчасти радовала такая перспектива. После неудачи с приготовлением О прошлой ночью нервы мои были напряжены до предела. И я старательно гнал от себя мысль о долгом пребывании в Самбалпуре, вдали от доступных запасов опиума.
У Несокрушима, однако, были другие идеи на этот счет.
– Должен быть способ опередить его, сэр…
– Это не сработает, – заявил я, пока мы бежали по коридору.
– Мы ничего не теряем, надо попробовать, – отозвался Несокрушим.
– Надо спешить. Кармайкл уже, наверное, на пути туда.
Мы искали кабинет полковника Ароры. Я распахнул первую дверь, ворвался внутрь, но комната оказалась пуста. Чертыхаясь, развернулся – как раз вовремя, чтобы влетевший следом Несокрушим врезался в меня.
– Тут никого, – выдохнул я, выталкивая его в коридор.
Мы помчались дальше, открывая одну за другой двери безлюдных кабинетов. Казалось, весь этаж пуст. Я уже почти запыхался, когда Несокрушим жестом остановил меня.
– Стойте, – пропыхтел он, пытаясь отдышаться.
– Брось, – возмутился я. – Отдохнешь, когда найдем Арору. И запомни: как только вернемся в Калькутту, сразу отправишься на физическую подготовку для офицеров.
– Нет, – возразил он. – Должен быть более разумный способ, сэр.
Он вернулся в пустой кабинет, снял трубку телефона и вызвал дежурного на коммутаторе.
– Мне нужно поговорить с полковником Аророй, незамедлительно, – сказал он. – Соедините с его кабинетом, пожалуйста.
Я расслышал звонок на том конце провода. Сержант с улыбкой повернулся ко мне.
– Полковник Арора, это сержант Банерджи. У нас к вам срочная просьба, сэр.
Спустя несколько минут мы стояли в кабинете полковника, а он заканчивал телефонный разговор. Потом положил трубку и внимательно посмотрел на нас.
