Жестокое время требует не менее жестоких мер по решению проблем. Женщины, родившие от фашистов, топили или душили новорожденных младенцев. Мама Миши – Алена, была к тому моменту полной сиротой: отец погиб в первые дни войны, мать умерла от горя – не выдержало сердце. После стольких потерь девушка не смогла убить единственного родного человека. Односельчанки не поняли и не приняли ее решение оставить ребенка от немца. Алену считали позором деревни и спровадили вместе с сыном на край деревни, куда редко доходили люди и почта.
Алена Ильинична безмерно любила сына –уж очень похож был на своего отца. Женщина утаила, что Миша появился на свет от любви простой сиротки и капитана Фреда. Когда его люди вошли в деревню, Фред поселился в ее доме. Сначала она боялась его, как огня, но позже начала замечать знаки внимания от немца, который к тому, же был хорош собой и неплохо говорил на русском. Одинокая и несчастная девушка поверила в доброту и чувства мужчины.
Несколько месяцев длились их отношения. Фред уверял, что не хотел воевать, просто так сложилось, ведь он из семьи военных и выбора у него не было. Часто сидя за столом с рюмкой в руках, он рассказывал, как помогал русским гражданским, давая еду и воду. Как часто не стрелял в русских солдат, а если брали в плен, то незаметно подкидывал к их ногам хлеб. Его рассказы завораживали сонную девушку, жаль она не знала правды.
Не было у него военной семьи, Фред пошел на войну добровольцем. Гражданским не помогал едой, а лишь отбирал её. В спины русским солдатам стрелял больше, чем пролила слез каждая мать, потерявшая на своих руках дитя. Русский выучил, чтобы узнавать интересную для него и его страны информацию. Обещания забрать ее и сына после войны с собой в Германию были ложью, что так грела сердце бедной девушки.
Но Алена все продолжала ждать, что может быть капитан ее грез, все-таки сдержит свое обещание и она уедет туда, где ее с сыном больше никто не осудит.
Миша же в своих мечтах видел отца широкоплечим бородатым генералом, который любит его и маму. Просто сейчас он не может приехать, а так он, конечно же, помнит о сыне и ждет с ним встречи.
Так проходили дни, но капитан все не возвращался.
Алена вытирала кровь с лица сына, напевая выдуманные строчки:
«Люли, люли, люли
От чего ж ты ветер дуешь?
От чего мою косу не бережешь?
Люли, люли, люли
Чего ж небосвод
Так не утих и не пришел к моим рукам
Поиграли бы в заклад»
– Мам, перестань петь,– Миша нахмурился и оттолкнул руку Алены.
– Перестать? А раньше тебе нравилось, когда я придумывала песенки, и папе твоему бы понравилось…
– Нет здесь папы! – голос мальчика зазвенел. – Нет его, не придет он.
– Мишенька, – мама потянулась к сыну дрожащей рукой, – ты чего, что ты такое говоришь?
– Не трогай, – мальчишка закричал, – все так говорят. А еще говорят, что я не человек, а фашистенок и лучше мне умереть. А знаешь, что они говорят про тебя?
– Сыночек, не надо плакать, все будет хорошо.
– Я их ненавижу, всех ненавижу, тебя и отца тоже, – Миша закрыл лицо руками и заплакал, в один миг его тело обмякло, и он упал на колени матери.
За окном темнело, на столе догорала свеча, освещая лицо Алены, искаженное болью. Ничто не ранит родителей сильнее, чем грубые и обидные слова собственных детей. Когда отца забрали на фронт, девушка научилась плакать молча, так как плач раздражал ее мать. После ухода Фреда, Алена ни разу не показывала слез сыну, всегда улыбалась и повторяла, что все будет хорошо.
Лежа у мамы на коленях, Миша все еще тихо всхлипывал. Алена пальцами пыталась расчесать его грязные спутанные волосы, нужно было чем-то занять руки, которые так рьяно хотели вырвать сердце из груди и отдать сыну. Вдруг плечи девушки дрогнули и по лицу покатились слезы.
Прозвучало тихое и кроткое: «Мам». Алена аккуратно отодвинула сына и подошла к окну.
– Мам, мама, ты чего? – Миша подбежал к ней и схватился за подол.
– Больно, как же сердце болит, – Алена обхватила себя руками за плечи. – Не переживай, сыночек, все хорошо.
– Мама, мамочка, ты прости, – мальчик снова заплакал, – это все я, это я, ты прости.
Свеча догорела, и стало совсем темно, Алена смотрела в окно, не отвечая сыну, ее сердце разрывалось от боли и страха.
– Я сейчас приду, мама, – Миша подбежал к двери. – Я принесу тебе те листики, которые все лечат.
Темный лес. Неровная дорога. Скользкий берег. Всплеск воды. Тишину нарушил истошный женский крик.
Трое мужчин схватили Алену и потащили в сторону дороги.
– Подождите, там мой сын, мой Мишенька, помогите ему, он упал в реку.
– Держите крепко и смотрите, чтобы опять не сбежала!– один из мужчин открыл дверь машины.
– Вы не понимаете, он же там, мой маленький, – Алена вырывалась из крепкой хватки неизвестных и пыталась вернуться обратно в лес.
– Дура сумасшедшая, – девушку грубо тряхнули за плечи. – Потонул твой Мишенька, уже лет пять минуло.
– Ты врешь, он там, спасите моего ребенка, – Алена закричала и бросилась на говорившего, царапая лицо грязными пальцами.
