Он бы вытряс все из этой проклятой шарлатанки, но волшебница лениво потянулась, словно после долго сна, и исчезла - в снопе тусклых серебряных искр, ветвистых спиральных облачках черного дыма, и нескольких вороньих перьях, драматично опавших на мостовую.
Ричи вздохнул.
- Да расслабься, она же просто сумасшедший нищий маг. Я слышал, таких много развелось. Вон, моей мамаше предсказывали, что она найдет кучу золота, если положит под подушку одуванчик и выльет воду из ванны на улицу, прокукарекав в окно. Сам знаешь, золота не было, но к нам пришла стража и сказала, что мама сошла с ума. Я долго объяснял, что виноват все предсказатель из подворотни. Еле спровадил.
Вообще-то Ричи ухитрился неведомым образом успокоить его.
- Видимо, я привык, что большинство магов все же что-то умеют.
На ярко освещенной улице не было ни души, но сюда доносился шум с соседней: шумной и переполненной магазинами. Яркое солнце в первое мгновение ослепило его, отразившись с удвоенной силой от белого песчаника, из которого были построены здания. Арка, густо увитая плющом и вездесущим мхом, соединяла два старых, богато украшенных дома.
Они влились в людской поток, сновавший по улице – женщины с детьми, мужчины, компании друзей, семьи, слуги, маги, торговцы. Пожалуй, достоинством было лишь то, что здесь не водили лошадей и скотину, поэтому не выходило толкотни с повозками и упрямыми ослами, решившими поразмышлять о вечном прямо посреди улицы.
Говоря по совести, Касавиру страшно хотелось пить.
- Тут есть фонтаны с питьевой водой? – поинтересовался он у Ричи. – Или торговцы, которые продают что-то вроде… не знаю, огуречная вода с мятой, или что тут у вас обычно.
Ричи пожал плечами, но его вид Касавиру показался весьма напряженным:
- Есть тут одни. И вода чистая. И как раз по пути. Но мы их не любим, и из них никто не пьет, потому что стены рядом с ними гадости говорят.
Касавир встряхнул головой и потер переносицу. Он что, ослышался? Какие стены? Какие гадости?
- Стены говорят гадости?..
- Ага, - ответил Ричи с такой уверенностью и спокойствием, словно все стены и фонтаны Фаэруна умели говорить.
Он вздохнул, уже ничему не удивляясь.
- Ладно. Веди.
Приятное журчание воды отчетливо слышалось даже сквозь толчею и гомон, который неизбежно наполнял улицу при том количестве лавок, что расположились в районе.
И Ричи был прав – рядом с тремя бронзовыми чашами, в которые из клювов грифонов изливалась вода из источников, располагался кусок каменной стены, покрытой слегка карикатурными, угрюмыми лицами, больше похожими на барельефы, увитые плющом со всех сторон. Они неодобрительно наблюдали за прохожими.
Приглядевшись внимательнее, Касавир с удивлением понял, что они действительно наблюдали. Их каменные веки и зрачки шевелились со всей внимательной настороженностью, которая только могла быть у скульптур. Лица выглядели очень разными – серьезные, скучающие, хмурые, грустные, человеческие и эльфийские.
Касавир поймал взгляд сухой от возраста мраморной эльфийки. Та нахмурилась и недовольно поджала синие каменные губы, глядя на то, как он склонился над фонтаном, зачерпывая руками прозрачную ледяную воду. Ричи с опаской кружил рядом, косясь на лица и явно радуясь, что все их внимание обращено не к нему.
Он услышал тихий звук, больше похожий на шорох падающего песка, и уловил краем глаза движение каменных губ:
- Никто из приходящих к нам и пьющих из источника, не находит того, чего ищет, навлекая на себя наш гнев.
Голос камня был похож на тихий скрип гальки, которую перетирали сапоги на дороге.
На каменное крыло грифона опустился голубь, задумчиво курлыкая в тени розового олеандра.
Касавир отряхнул руки.
- А голубей вы тоже проклинаете? – поинтересовался он. – Как по мне, у них больше повода навлечь гнев.
Эльфийка раздраженно зашипела.
- Дерзость смертного!
Соседняя голова оживилась, будто бы услышав нечто любопытное. Ричи вздрогнул и изменился в лице, когда Касавир заметил, что проснувшийся барельеф смотрит на мальчишку:
- А тебе твои деньги не принесут удачи! Ты их потратишь на вещи никчемные и бесполезные!
Ричи смотрел на голову, как кролик на кобру. Касавир махнул в его сторону рукой, брызнув на лицо Ричи каплями воды. Воришка фыркнул и встряхнулся:
- Эй!
- Да не бойся их. Хоть одно из этих предсказаний сбывалось вообще?
Ричи вытаращился и с жаром заявил:
- Конечно, сбывалось! Говорили, что десять лет назад одной графине предсказали, что ее украдут – и ее нашли!
Он зажмурился и встряхнулся.
- И в чем… зловещесть? Ты себя слышишь: ее украли и нашли?..
Ричи отмахнулся от него и всплеснул руками:
- Нашли ее тело! И голову! Отдельно от тела, через десять дней после того, как она услышала предсказание!
Касавир только вздохнул.
- Да не бывает в таких местах зловещих предсказаний. Тем более случай всего один.
Ричи упрямо помотал головой.
- Нет! Еще одному капитану стражи предсказали, что ему отомстят воры – и они отомстили, - Ричи перешел на заговорщицкий шепот и произнес с подчеркнутой таинственностью, словно сообщал страшный секрет. – И именно его ногу нашли в одном из переулков!
