— Прыткий какой у меня повар! Со связями. Молодец! — с усмешкой сказал Лурас. — Ну и что же ты пообещал, чтоб её в дом взяли?
— Ничего особенного не обещал, господин. Им нужна была служанка. Сказал управляющему, что она моя сестра, что лично ручаюсь.
Лурас энергично встал и прошелся по комнате, шевеля плечами и потягиваясь. Мышцы как-будто зудели, хотели движения.
— Где ферма была?
— Под Коллонжем, господин.
— Ясно, — сказал Лурас и вернулся обратно за стол. — Значит так. Во-первых, я жду меда уже две минуты. Нерасторопный он у тебя. Впредь не годится.
— Да, господин, — сказал повар, кивнув. — Я понял.
Раздался деликатный стук и вошел управляющий, щупленький человечек, похожий на серую мышку. Встал рядом с высоким худым поваром.
— Ты как раз кстати, — сказал Лурас управляющему, — Во-вторых, сегодня вечером я отправляюсь в Коллонж на неделю. Повар со мной. Если хочет, пусть возьмет свою подмогу.
— В Коллонж?! — воскликнул повар. — Он же захвачен!
— Уже расхвачен обратно. Всё, свободны оба.
Управляющий и повар кивнули. Выходили они тоже по-разному. Повар быстро повернулся и шагнул на выход, а управляющий отступал, медленно пятясь: «нельзя господину показывать спину».
— Повар! Мёд! Живо! — крикнул Лурас вдогонку, а когда дверь закрылась, весело обратился к собеседнице: — Видишь?! Забавные они у меня.
— Коллонж отбили? — спросила женщина, жуя булочку. — Надо же. Так быстро. Кто, интересно?
— Кто-кто. Я отбил!
— Ты?! — воскликнула женщина.
В столовую юркнул старший поваренок, неся на подносе золотую розеточку с медом.
— Мёд, господин.
— Подавай! Где второй?
— Обварился на кухне, господин.
— Сильно?
— Сильно, господин.
— Растяпа, — буркнул Лурас, поливая медом кашу, и продолжил: — Удивилась?! Ты всё проспала, пока я крепость отбивал!
— Я проспала?! Когда?
— Ну да. Под утро посыльный прибегал, а ты ничего не слышала! Дрыхла, как суслик!
— А… под утро… — протянула с блаженной улыбкой женщина. — Я не понимаю, зачем французам вообще война? Что случилось?
— О, дорогая! Это таинственная история, но я расскажу. Всё дело в испанцах. На их земли наступает океан. Уже половина Испании под водой. Вот они и бегут. С океаном не повоюешь, — сказал Лурас, поиграл бровями и захрустел кусочком груши. — А когда снимается с места целый народ, соседям становится тесно. Испанцы же выдали свою принцессу за французского короля и пообещали ему военный союз. Вот и пришла война к нам.
— Дураки какие-то! — прокомментировала женщина. — Лучше бы они пообещали военный союз нам, и пошли бы войной на Францию.
— Ну да, нам лучше, — со смехом сказал Лурас. — А они рассудили, что в нашей долине им жить будет интереснее, чем у французов. Тут теплее. У нас урожаи выше. Так что, гнать собрались нас, а не их.
— И что с нами будет?! — спросила женщина, отставляя пустую тарелку от себя.
— Всё будет хорошо! — ответил Лурас. Поваренок стоял наготове и, как только господин освободил столовые приборы, убрал со стола и подал вино и сыр. А Лурас перешел на заговорщицкий шепот:
— Дальше не спрашивай, это ужасная тайна! Наш король прибыл в замок сегодня ночью, прервав свой вояж по Италии! Полетят чьи-то головы. Тссс!
Он приложил палец к губам и посмотрел на хронометр.
— Где мой дражайший астролог? — спросил, откидываясь в кресле и делая большой глоток вина.
Астролог, словно дожидался за дверью, вошел сейчас же. Держа в руках листок с астрологическими каракулями и затейливыми кругами, расчеркнутыми прямыми линиями. Он встал посреди комнаты и, спросив дозволения, зачитал гороскоп кардинала Лураса на сегодняшний день. Звезды предостерегали кардинала от излишней вспыльчивости, сулили происки врагов и удачное разрешение всех сложностей. Вечером ожидалась крупная денежная прибыль.
— Обожаю гороскопы, — воскликнул Лурас. — Они привносят в нашу жизнь определенность и душевный мир. Ну а что у нас со вспышками? Как сегодня небо? Искрило?
— Да, мой дон. Уже два месяца как. И чем дальше, тем чаще наблюдаются горящие в небе звезды.
— И глубокой ночью тоже?
— Нет, мой дон. Глубокой ночью не бывает вспышек. Лишь под утро и после заката. Будто звезды эти рождаются вблизи Солнца. Могу я высказать свои мысли?
— Интересно послушать, — сказал Лурас, — давай, высказывай.
— Мыслю так, что Солнце задумало больше неба взять и шлет искры вокруг, разбивая тьму. Но небесная тьма довольно сильна. И не пускает свет. Можно думать, что светило силу набирает! Будет война в небе за место, что занимает сейчас тьма. Света прибавится, Тьма отступит. Станет хорошо. Меньше будет зла среди людей. Ибо всё зло от ночной Тьмы, что заползает в души наши во сне. То с одной стороны.
— Так, забавно. Есть и другая сторона?
— Да, мой дон. С другой же стороны, можно думать, будто искры эти не от Солнца, а посланцы судеб новых. Если утвердятся на небе новые звезды, возгорят неугасимо, то, стало быть, гороскопы иначе показывать станут. Изменится судьба всего мира, всех людей!
Астролог перевел дух и продолжил:
