Откусываю лепешку, смотрю в окно. На улице суета — торговцы везут товар, северяне тоже что-то грузят на сани, имперские солдаты патрулируют улицы.
В принципе, если подумать, брак не остановит меня на пути к целям. Серьёзно. Хоть сложно поверить в то, что у нас с Корнелией правда будет свадьба, так как все обстоятельства ПРОТИВ, я не собираюсь становиться домашним котиком. Ей придётся смириться, что её жених постоянно на краю гибели.
А Фрея. Фрея уже привыкла. Она знает, что лучше не вмешиваться в мои дела.
Значит, решено. Теперь знаю, как навести порядок в своей личной жизни.
Проблем конечно, прибавится. Семья Корнелии наверняка выскажет своё «фи» — мол, нищий выскочка позарился на их принцессу. Но это их проблемы. Корнелия сказала, что выйдет из рода. Посмотрим на её решимость. Не сможет — и хорошо. Просто скажу: «Се ля ви, дорогая, прощай, я слово сдержал.».
С Фреей всё проще. С ней вообще всё просто.
Снова улыбаюсь. Чёрт, не могу перестать улыбаться, думая о ней. Хорошо, когда женщина вызывает такую тёплую улыбку. Значит, всё правильно. Так и должно быть.
Допиваю пиво, кладу деньги и встаю.
План был выехать в Петербург завтра, но…
А чего тянуть, собственно? Вещей немного, дела все завершены. Может, прямо сегодня и отправиться?
Чем больше думаю, тем больше идея нравится. Встретить Новый год в дороге — своеобразная романтика. Никаких пьянок, никаких обещаний, которых не помнишь утром. Только я, заснеженная дорога и звёзды. Кайф же!
Тётка Марта выходит из кухни. Надо же, как вовремя.
— Тётушка, можешь прислать ко мне курьера? Через минут десять?
— Конечно, милый. А зачем?
— Уезжаю. Хочу отправить послания близким.
— Ты же завтра собирался, — вытирает она руки передником.
— Решил не откладывать.
— И правильно делаешь, — кивает она. — Нечего тут торчать, у тебя же в столице две невесты.
И она туда же? Вот кто меня за язык тянул! И вообще, как слухи так обширно распространились⁈
— Угу. Я буду у себя, — бурчу и ухожу.
Поднимаюсь обратно в комнату. Вынимаю из-под кровати чемодан. Старый, потёртый, купленный на местном рынке за бесценок. Но крепкий, с хорошими замками. Укладываю парадный мундир — тот самый, в котором получал звание капитана. Погоны подполковника заворачиваю отдельно, в мягкую ткань. Начищенные ботинки в специальный мешок, чтобы не испачкали остальное.
Далее сувениры для бабушки. Резная шкатулка из северного кедра с инкрустацией из моржовой кости. Мех песца, при том, целая шкурка, серебристая, мягкая как облако. Флакон северных духов, похожие на те, что вчера покупала Фрея, пахнут хвоей и чем-то неуловимо свежим. И маленькая фигурка медведя из чёрного камня, как сказал торговец, работа местного мастера. Не особо верится, но штука реально красивая. Бабуля любит такие вещи. Не за ценность, а за историю. Наверняка будет расспрашивать про каждую мелочь.
Достаю бумагу, перо, чернильницу. Теперь написать письма.
Первое генералу Разину:
Коротко, по-военному. Разин не любит воды.
Второе для Фреи и Ингрид:
Третье — Корнелии:
В мусорку.
По новой:
Улыбаюсь, представляя её реакцию на постскриптум. Получай. При следующей встрече ТАКОЕ тебе устрою, что провалишься от стыда под землю.
Четвёртое письмо…
Беру новый лист. Перо нависает над бумагой.
— Как же это сформулировать… — бормочу себе под нос.
Не могу же написать: «Привет, помнишь нашу договорённость про снятие шлема? Так вот, я сваливаю, но обещаю вернуться и посмотреть на твою мордашку».
Чешу затылок, подбирая слова.
