– Ты тоже останешься с ними работать? Не закинешь меня домой? Завтра мне надо на инструктаж и на крупную репетицию с братьями Рэкхем, а я ещё даже свои реплики не выучила. Хочу выделить сегодняшний вечер на подготовку, чтобы явиться во всеоружии. Если ты остаёшься, я пойду поищу Гарольда Сафера. Может, он меня отвезёт.
– Вообще я как раз собиралась сгонять домой, чтобы помыться и переодеться, после того как целый день проторчала в старом влажном грузовике. Если ты готова, поехали прямо сейчас. Кстати, Джордж сказала, что останется здесь на всю ночь. Она столкнулась с какой-то очередной ошибкой в компьютерах.
Мы забежали к маме Джордж и всё ей передали, а потом Бесс повезла меня в Ривер-Хайтс. Когда мы проезжали мимо лагеря протестующих, она спросила:
– Заглянем к мушкетёрам?
– Не сейчас. Конечно, надо с ними поговорить, но я согласна с Лютером – вряд ли это они виноваты в происходящем. Если успею сегодня вызубрить реплики, можем заехать к ним завтра с утра по пути в лагерь.
– Договорились!
Остаток пути мы обсуждали ход расследования. Я рассказала Бесс о своём разговоре с Джейн Брендон о том, что могут означать новый замок и кровь на полу, а ещё о ссоре Морриса и Джека Хэллорана.
– Хэллоран … – пробормотала Бесс. – Наверное, он в неделю зарабатывает больше денег, чем Моррису выделили на фильм!
Во вторник утром Бесс за мной заехала, и мы отправились прямиком в лагерь Мушкетёров Мускоки. Джордж не спала всю ночь, но зато ей удалось починить все компьютеры и восстановить файлы. Следующие несколько дней она собиралась заниматься техподдержкой, а в свободное время помогать маме с готовкой.
Лагерь мушкетёров выглядел очень скромно. Он состоял из шалашей, больших походных палаток и старых брезентовых тентов. К нам сразу подбежал дружелюбный молодой человек.
– Привет! Я Бонго. Хотите к нам присоединиться?
– Не совсем. Просто задать несколько вопросов.
– Так вы журналисты? Здорово! Эй, все сюда! Нас наконец-то заметили!
Я не стала его разубеждать и молча достала из кармана джинсов блокнот и ручку. Бесс хитро улыбнулась. Можно было не сомневаться, что она мне подыграет.
– Вы считаете, что съёмки фильма вредят природе? – начала я.
– Так и есть! – бодро отозвался Бонго. – Большие грузовики портят узкие деревенские тропинки. На утёсе чуть ли не целое поселение – мастерские, столовая … Так нельзя. Они не думают об отходах, об утилизации! Куда это всё пойдёт?
– Возможно, они это предусмотрели. Договорились о переработке мусора или доставке на городскую свалку?
– Вы так думаете? Хотелось бы знать! Что они делают для защиты окружающей среды? Намерены ли они вернуть всё в исходное состояние, когда закончат съёмки?
– Да-да! – поддержали его остальные мушкетёры.
– А как же бедные звери и птицы? – продолжил Бонго. – Много веков никто не мешал им жить, а теперь? Как они выдерживают этот шум и гам? Что сделала эта компания для защиты дикой природы?
– К слову о животных, – заметила я, – мы слышали, что вы использовали скунса в стремлении доказать свою правоту. Разве ему могло пойти на пользу то, что его поймали, заперли в шкафу и оставили на волю судьбы?
– Ладно, признаю, это было чересчур, но порой для победы необходимы некоторые жертвы.
– Мы слышали и о других неприятных случаях.
– Ага, мы тоже, – сказал Бонго. Мушкетёры закивали и заулыбались. – Компьютеры накрылись, потом генератор … – Тут он нахмурился. – Эй, на что это вы намекаете?
– Ни на что, – быстро ответила Бесс, мило улыбнувшись. – Нам всего лишь хочется всё-всё-всё узнать!
– Честно говоря, мы не в восторге от таких крайних мер. Мы предпочитаем небольшие, но эффектные заявления.
Он гордо улыбнулся и стал рассказывать о том, как Мушкетёры Мускоки защищают природу. Некоторое время я послушно записывала за ним, а потом решила, что хватит.
– Что ж, спасибо. Пожалуй, этого достаточно.
– А вы откуда? – спросил Бонго, провожая нас к машине Бесс. – Из газеты или с телевизора?
– Мы самозанятые, – отрезала я, забираясь на пассажирское сидение. – Если удастся продать эту статью, обязательно вам сообщим.
– М-м, хорошо, – ответил он, закрывая дверь. Бесс повернула ключ зажигания. – Кстати, отличная у вас машина. Знаете, мы не одни сражаемся против этого фильма. У них в лагере держат пум. В районе Ривер-Хайтс они уже лет пятьдесят как не водятся. Поговорите с местными фермерами. Спросите, рады ли они тому, что у нас снова появились пумы! – крикнул он нам вслед, когда Бесс выехала на дорогу.
К фургону инструктора я пришла чуть позже, чем собиралась. Донна Ли Коллинз уже меня ждала, но ничего не сказала про моё опоздание. Она болтала с Джейком Бригамом о том, как работала на Бродвее, и, похоже, хорошо проводила время.
Донна Ли сразу показалась мне знакомой. Я посмотрела на плакаты и фотографии на стене фургона и быстро вспомнила, что видела её в передаче на историческом канале.
Первым делом она научила меня говорить по-старомодному, но так, чтобы это выглядело естественно и не глупо.
