– Паром продолжит путешествие через пятнадцать минут, – сообщил Овен, когда ученики выстроились в очередь на выход. – Ваши вещи заберут и развезут по комнатам. По новым правилам, в целях безопасности их проверят охранители. Не волнуйтесь. Соблюдайте очередность на лестнице.
У Эллы внутри все сжалось. Она приблизила лицо к стеклу, высматривая охранителей, и вспомнила записку, которую прислали им домой: «Если вам нечего прятать, нам нечего будет искать». Эти слова преследовали ее несколько дней. Но сейчас хотелось поскорее вернуться в свою уютную арканумскую комнату, а потом – поговорить с Мастерджи Такуром.
– Вы готовы? – улыбнулся Элле и Бриджит папа.
Бриджит кивнула:
– Спасибо за то, что приняли меня.
– Мы тебе всегда рады. – Папа приподнял цилиндр. – В любое время.
Бриджит встала.
– Встретимся в башне, – сказала она Элле.
– Хорошо. – Элла повернулась к отцу. – Папа, пока.
– Не так быстро, малышка, – ответил он. – Ты уверена, что хочешь вернуться в Институт?
– Да.
– А если я не готов тебя отпустить? – Папа слегка поднял руку, чтобы Элла могла прижаться к его боку.
Элла любила сидеть, угнездившись у папы под рукой. С ним всегда было тепло, как будто он проглотил солнце. Она прижалась к папе. Он взял ее ладонь:
– У тебя мамины руки.
– Нет, – возразила она.
Папа хмыкнул, и низкий смешок эхом отозвался у Эллы внутри.
– Такие же пальцы с веснушками около костяшек. Сильные руки, которые смогут много колдовать. То что надо для чарования. – Папа поцеловал ее в лоб. – Я хочу, чтобы ты была в безопасности, понимаешь? Слишком много всего происходит.
– Знаю.
– Побег из Карт смертельной судьбы перевернул с ног на голову мир необычайнов. И наш тоже. – Он пропустил бороду между пальцев.
После того как стало известно о побеге, родители усадили Эллу и Бриджит перед собой и объяснили, что все внимание сейчас приковано к чародейной общине. Элла не понимала, каким образом необычайны стали использовать свои карты в качестве тюрем, но в библиотечных книгах невозможно было найти ответы на подобные вопросы.
– Ты ведь знаешь, мама не хотела, чтобы ты возвращалась в Арканум после зимних каникул, но я думаю, ты справишься. Уверен, ты будешь в хороших руках – руках своей крестной и своего любимого учителя Мастерджи Такура. Из-за того, что сейчас происходит, – папа понизил голос, – мама и бабушка будут постоянно нервничать. Не давай им лишних поводов для волнения. Ты должна быть в безопасности. Договорились?
– Я буду. Обещаю. – Элла натягивала перчатки. – А ты что-нибудь знаешь про эту женщину, которая сбежала… Джию Тривелино?
Папин взгляд смягчился.
– Только то, что она сделала что-то непростительное и была когда-то самой знаменитой цирковой артисткой в мире необычайнов.
У Эллы в голове завертелись десятки мыслей.
– О чем задумалась? – Папа ухватил ее за нос.
– Так, ни о чем.
Папа снова сжал ее ладонь:
– Обещай еще раз, что будешь в безопасности.
Элла кивнула.
– Ты моя малышка, и я не хочу, чтобы с тобой что-то случилось.
Элла покрепче прижалась к папе и принялась водить пальцем по сложным чародейным узорам, обвивающим его руки.
– Твоя малышка – Уинни.
– Ты мой первенец. – Папа приподнял ее лицо за подбородок, заглянул ей в глаза своими темно-карими глазами. – Обращай внимание на то, что происходит вокруг. Смотри по сторонам и оглядывайся. Помни, что и у стен есть глаза и уши. – Он легонько придавил ее кончик носа. – И придерживай свое любопытство.
Элла поцеловала его в щеку.
– Обещаю, – прошептала она. – Все будет хорошо.
Почему-то у нее было такое чувство, будто она солгала.
Соскочив с парома, Элла успела пристроиться в самый хвост очереди, проходящей через главные ворота в холл. Над головами скользили сияющие огнями и новогодними звездами фуникулеры в снежных шапках. Внутри было не протолкнуться от счастливых учеников, спешащих в свои башни. Элла встала в очередь на фуникулеры, подписанные «Башни “Малая Медведица” и “Гидра”».
Девочки в вагоне суетились, занимая плюшевые сиденья.
– Рассаживайтесь по местам. Пристегивайтесь, – распоряжался робот.
Элле двинулась по проходу, ища взглядом Бриджит. При виде нее другие девочки первого уровня торопливо ставили сумки и рюкзаки на свободные места или сами быстро сдвигались на край, чтобы Элла не села рядом. Чем дальше она шла, тем сильнее у нее внутри все сжималось. Если она не найдет свободное место, ей придется покинуть фуникулер и идти пешком или ждать следующего.
– Прошу всех сесть, – объявил робот. – Через тридцать секунд отправляемся.
Элла попыталась присесть рядом с девочкой по имени Ильза.
– Сюда нельзя, – сказала та.
– Место свободно, – ответила Элла.
– Не садись на Уолтера.
– На кого?
– Он кобольд… невидимый. Страшно расстраивается, когда люди его не замечают, поэтому тебе нельзя здесь сидеть.
Через ряд послышались смешки.
– Люди готовы сидеть с любыми монстрами, лишь бы не с тобой, – бросила Абина, поглаживая тарантула, примостившегося у нее на ладони. – Не везет тебе.
Элла стиснула зубы.
