— Тесть говорил с зятем, даже грозился открыть глаза обманутому мужу. Ашот Еркат лишь рассмеялся: «Я, правитель, герой, любимец народа, ты мне угрожаешь?». А зря. Севада выполнил угрозу — рассказал об измене супругу соперницы дочери, подговорил восстать, чтобы свергнуть царя. Мало нам было врагов, армянин выступил против армянина. Ашот понял, что тесть надеялся им манипулировать. Восстание подавили, в гневе правитель велел ослепить отца и брата царицы. Такое жестокое наказание вызвало всеобщее недовольство — отец виноват, а юношу за что лишил зрения? Смута возросла. Ревнивец-князь заточил жену в башню, никуда не выпускал и сам с ней не общался. Бедняжка, узнав, о том, что творится в стране, повесилась. До царя дошли слухи о гибели любимой и стало ему тоскливо. Поэтому он уединился на том острове на озере. Арабы прослышали о волнении, вторглись в Армению, разоряли и разрушали всё на пути. В севанской битве царь победил, но в том бою его настигла отравленная стрела. Ашот умирал медленно. Зная о своей участи, успел выиграть еще одно сражение, помириться с братом и передать ему престол.
— Вот что может случиться, если по-своему распоряжаться чужими чувствами и жизнью, — Сона закончила повествование.
— Царь тоже виноват, — высказался Лео, — надо было той девушке сразу рассказать о своих чувствах.
— Наверно, он хотел поступками завоевать ее сердце, — возразил Вова.
— Поступками доказывают искренность слов. Не нужно бояться признания.
— Сильные чувства подавлять трудно, думаю, невозможно, — заметила Сона.
— Но бывают такие ситуации, когда слова могут истолковать превратно, — оправдывался Вова, — или вдруг это всего лишь симпатия, зачем врать девушке, что любишь?
— Вот сиди и жди, когда она обратит на тебя внимание, потому что ты еще не уверен в своих чувствах, — пожал плечами Лео.
Вова остановился у заправочной станции и пополнил запас топлива.
После заправки, Соне стало плохо.
— Не люблю запах топлива. Вова, опусти стекло, пожалуйста.
— Странно, — водитель удивился, — запах топлива исключен, такого просто не может быть. Если буду ехать с открытым окном, ты замерзнешь.
— Лучше упасть в обморок?
Вова остановил машину на обочине:
— Лучше прогуляйся, подыши свежим воздухом, а я проветрю машину.
Сона с Лео вышли из внедорожника, Вова открыл двери и окна.
Осеннее солнце приятно грело, дул прохладный ветер.
— Здесь воздух чистый, легко дышится, — заметил Лео.
— Озеро слева, справа горы. Мы находимся на высоте более двух с половиной тысяч метров над уровнем моря.
— И птицам раздолье, — Лео указал на стайки птиц.
— Все же зябко, — Сона направилась к машине.
— У тебя развитая фантазия, все красочно описываешь, можешь стать писателем, — нарушил молчание Лео, как только они тронулись в путь.
— Для этого необходимо учиться, а я не могу, приходится на хлеб зарабатывать.
— Семья и дети — основная работа женщины по жизни, ей суждено быть женой и матерью, — решительно заявил Вова. — Что скажешь, Лео?
— Да, и у нас так же.
— Но сейчас не те времена. Женщина может работать и выбрать почти любую профессию, — возразила Сона.
— Даже летать? — удивился Лео.
— У нас они стюардессами летают, — вставил Вова.
— Стюардессы в воздухе подают воду и еду, — объяснила Сона. Лео смотрел на нее удивленно. — Говорят, и летчицы встречаются — управляют летающей машиной.
— А у вас, Лео? — спросил Вова.
— Вова, — Сона прервала его с упреком в голосе, — ты обещал не задавать лишних вопросов.
— Что в моем вопросе страшного? Пусть ответит.
— Я не хочу, считай мою настойчивость капризом.
— Да уж, ты и правда капризная. Почему ты темнишь, скрываешь, напускаешь туман таинственности?
— Кстати о тумане, впереди перевал, там бывает плохая видимость, пожалуйста, будь внимательнее, не торопись.
Перевал встретил густым туманом.
Десять минут спустя дорога пошла на спуск и туман рассеялся.
— Вова, пожалуйста, останови машину где-нибудь, отсюда красивый вид, — попросила Сона.
Водитель нашел удобное место для стоянки и остановил внедорожник. Они надели теплые вещи и вышли из автомобиля. Их взору открылась прекрасная панорама дальних гор и близлежащих холмов.
— Здесь особый воздух, — Сона втянула воздух в легкие, будто хотела наполнить их впрок.
Фантастические горные пейзажи словно просились на бумагу. Лео устроился на камне и что-то заносил в блокнот.
Вова и Сона стояли в стороне и любовались пейзажем.
— О чем он всё время думает? — вдруг спросил Вова. — Тебе он не кажется странным? Я думал художник рисует то, что видит, а он во всё всматривается, вслушивается, наблюдает, рассматривает.
— Он думает о вечном, о том как устроен окружающий мир, — улыбнулась Сона.
— Мнит себя ученым, — сердито буркнул Вова.
— Хочет проникнуть в тайны природы — прекрасное желание. Разве тебе тоже не интересно многое?
— Человек может изучать что-то одно и быть хорошим специалистом в конкретной области.
