– Я снова вижу здание Астрономического союза! – воскликнул Гримлер уже когда прошло десять минут после того, как поселение окончательно скрылось за горизонтом, и они вышли на ту же самую лужайку, где проходила стычка с медведем, но индейцы уже ушли оттуда. – Наконец-то мы добрались, Николас! Вот и всё!
И действительно, сильно блестящее на солнце белое здание было буквально в четверти мили от путешественников и словно приглашало их зайти.
Но на этом история не заканчивается.
Когда Николас и его господин подошли к зданию, куда так стремился попасть Гримлер, они смогли наглядно рассмотреть его. Здание Государственного астрономического союза было воистину огромным для того времени – более трёхсот футов в длину и около двухсот в ширину, но всего двенадцать футов в ширину и имело всего три этажа. Выкрашено здание было в почти чистый белый цвет, из-за чего отлично отражало лучи солнца. Издалека казалось, будто оно светится, и что это вообще не здание, а какой-то неведомый сверкающий объект. Окна были сводчатыми, сделанными из дубовой древесины, и располагались равномерно по всей длине здания, из-за чего оно отлично освещалось солнцем. Потолок несколько выступал над окнами, формируя что-то наподобие арок. Двери были парными, тоже сводчатыми и также дубовыми. Сверху была деталь, которую Гримлер поначалу не заметил, но она имела огромное значение для всего Союза. Это был купол, в котором располагались телескопы, и с их помощью члены Государственного астрономического союза могли проводить наблюдения за звёздным небом.
Государственный союз был основан в сентябре 1810 года жителем Саванны Уильямсом, выходцем из состоятельной семьи, но несмотря на это, он был добрым и душевным человеком средних лет (на момент событий нашей повести), который и в то время, когда Гримлер и Николас наконец смогли добраться туда, был руководителем этого союза. Однако, когда он только был основан, вышеупомянутый Уильямс был молодым и задорным юнцом, который только начал увлекаться астрономией. Им двигала достаточно благородная цель: объединить в одном месте учёных-астрономов со всего мира, чтобы они, объединённые общими мыслями, могли вместе наблюдать за звёздами и «туманными пятнами» (в то время так называли все галактики и туманности из-за несовершенства существовавших тогда телескопов), писать заметки, делать зарисовки и просто свободно общаться между собой. Однако Уильямс был немного глуповатым и решил, что здание Астрономического союза будет построено неподалёку от его родного города Саванны, чтобы он довольно легко мог достигать этого здания, но он не учёл то, что у штата Джорджия, где и находится Саванна, не очень сухой климат с влажным летом, а это значит, что летом небо часто бывает затянуто тучами, что делает наблюдения невозможными, но тогда Уильямс этого не знал.
Он сам и его семья, заручившись поддержкой своих знакомых из родного города, а также не менее богатых семей, некоторых других городов (с помощью газет, и не обращая внимания на критику) смогли оплатить постройку здания Государственного астрономического союза. И постепенно туда стали приезжать учёные, которые, несмотря на вышеупомянутую оплошность, не упускали возможности потрудиться вместе.
Союз постепенно становился всё более известным, о нём писали в газетах даже за океаном, и всё больше астрономов изъявляли своё желание стать его членами. Однако, несмотря на широкую известность, к лету 1820 года в его состав входило всего лишь немногим более пятидесяти человек, что можно было обосновать малой популярностью астрономии и уже отмеченным выше огрехом в расположении здания Государственного астрономического союза, а также довольно суровым «экзаменом» по меркам того времени для случайных людей, решивших стать его членами. Но всё равно, учёные, входящие в его состав, пользовались большим уважением
Вернёмся теперь к Гримлеру и Николасу. Они стояли у самых ворот здания, которые, к слову, также были дубовыми, а окружавший их забор выглядел как частокол, состоявший из досок, закруглённых сверху. Путешественники долго кричали, чтобы им хоть кто-нибудь отозвался, но, к сожалению, исполинское здание абсолютно молчало. Но затем Гримлер обнаружил, что ворота не заперты. Вместе со своим слугой он открыл их и попал на территорию, принадлежавшую Государственному астрономическому союзу, собираясь извиниться за неожиданное вторжение, если кто-либо появится в дверях.
Николас и его хозяин увидели дорожку из булыжника трех футов шириной, которая тянулась от ворот до самых ступенек, ведущих к входу в это величественное здание. У Гримлера даже замерло сердце, словно оно на несколько мгновений превратилось в камень; ведь ему удалось наконец попасть туда, куда он стремился всё время, пока длилась наша повесть до этого момента, и вот он здесь. Он не представлял, что его ждало дальше, и молодому учёному даже стало немного страшно.
