Неоконченные сказания полностью

– Я безумен? Нет, ты безумен, Черный Меч черного рока! И все эти люди выжили из ума. Я не лгу! Нúниэль умерла, умерла, умерла! Поищи ее в Тейглине!

Тýрин замер, оледенев.

– Откуда ты знаешь? – спросил он тихо. – Чем оправдаешься ты?

– Знаю, потому что видел, как она бросилась с обрыва, – ответил Брандир. – Но оправдываться придется тебе. От тебя бежала она, и в Кабед-эн-Арас бросилась, чтобы никогда не видеть тебя больше. Нúниэль! Нúниэль? Нет, Ниэнор дочь Хýрина!

Тýрин схватил и встряхнул Брандира; ибо в словах его послышалась ему грозная поступь рока, одолевающего его; но в страхе и ярости сердце его отринуло эту мысль, словно смертельно раненый зверь, что перед смертью разит все, что вокруг него.

– Да, я Тýрин сын Хýрина! – воскликнул он. – Об этом ты догадался. Но ничего не знаешь ты о Ниэнор, сестре моей. Ничего! Она живет в Сокрытом Королевстве, и она в безопасности. Это твой порочный ум измыслил эту ложь, чтобы лишить рассудка мою жену, а теперь и меня. Ты, хромой злодей – ты решил затравить нас до смерти?

Брандир же сбросил его руки.

– Не тронь меня! – сказал он. – Прекрати злословить. Та, которую ты называешь своей женой, пришла к тебе и перевязала тебя, а ты не отзывался на зов ее. Но другой отозвался за тебя. Глаурунг, Дракон, который, думаю, и поразил вас своими чарами. Так сказал он перед смертью: «Ниэнор дочь Хýрина, вот твой брат: коварный враг, неверный друг и проклятие рода своего, Тýрин сын Хýрина!» – тут вдруг горестный смех охватил Брандира, и сказал он сквозь этот смех, – На смертном ложе люди не лгут, как говорят. И драконы, видно, тоже! Тýрин сын Хýрина, проклятье своего рода и всех, кто принимает тебя!

Тогда Тýрин схватил Гуртанг, и гибельный свет сверкнул в глазах его.

– А что же сказать о тебе, Колченог? – промолвил он медленно. – Кто тайно за моей спиной выдал ей мое истинное имя? Кто привел ее под злодейство Дракона? Кто стоял рядом и позволил ей умереть? Кто потом быстрее всех пришел сюда и поведал обо всем ужасе? И кто теперь злорадствует надо мной? Не лгут люди на смертном ложе? Так отвечай же быстро!

И Брандир, увидев в лице Тýрина смерть свою, выпрямился и не дрогнул, хотя не было у него в руках оружия, кроме трости; и сказал он:

– Долго рассказывать, как все было, а я устал от тебя. Но ты оболгал меня, сын Хýрина. Тебя оболгал ли Глаурунг? Если ты убьешь меня, все увидят, что нет. А я смерти не боюсь, ибо тогда я отправлюсь искать Нúниэль, которую любил, и может быть, найду ее за Морем вновь.

– Искать Нúниэль? – воскликнул Тýрин. – Нет, Глаурунга ты найдешь, твоего племени он. Со Змеем будешь ты спать, сожителем души твоей, и гнить в одном мраке!

И взмахнул Тýрин Гуртангом, и ударил Брандира, и поразил его насмерть. Люди же отвернули глаза от этого и, когда Тýрин пошел прочь с Нена Гирит, бросились от него прочь в страхе.

Тýрин же, словно безумный, пошел через лес, то проклиная Средиземье и всю жизнь Людей, то призывая Нúниэль. Когда же, наконец, горестное безумие оставило его, он сел, и обдумал все свои дела, и вспомнил свои слова: «Она живет в Сокрытом Королевстве, и она в безопасности». И подумал он, что теперь, хоть жизнь его и порушена, он должен пойти туда; ибо вся ложь Глаурунга отводила его от той страны. Потому он пошел к Переправам Тейглина, и, проходя мимо Хауда-эн-Эллет, воскликнул:

– Горько заплатил я, о Финдуилас, за то, что послушался Дракона! Дай же совета мне!

И не успел сказать это, как увидел на Переправе двенадцать охотников при оружии, и были то эльфы; и когда подошли они ближе, узнал он одного, ибо это был Маблунг, главный охотник Тингола. И Маблунг приветствовал его, воскликнув:

– Тýрин! Наконец-то мы встретились! Я искал тебя и рад видеть живым, хоть годы тяжко прошлись по тебе.

– Тяжко! – повторил Тýрин. – Да, как поступь Моргота. Но если ты рад видеть меня, ты – последний в Средиземье. Почему же так?

– Потому что ты был в почете среди нас; – ответил Маблуг, – и хотя во многих опасностях ты уцелел, я боялся за тебя в этот раз. Я видел, как вышел Глаурунг, и думал, что он сделал свое черное дело и возвращается к своему Хозяину. Но он повернул на Бретиль, и тогда же я узнал от путешествовавших по той земле, что Черный Меч Нарготронда объявился здесь снова, и орки боятся границ этой земли, как смерти. И я встревожился и сказал себе: «Увы! Глаурунг пошел туда, куда не смеют ходить его орки – искать Тýрина. Так помчусь же и я туда быстро, как только смогу, предупредить его и помочь ему».

– Быстро, но не слишком, – сказал Тýрин. – Глаурунг мертв. Эльфы посмотрели на него с изумлением и воскликнули: – Ты убил Великого Змея! Вовеки славно будет твое имя меж эльфами и людьми!

– Мне все равно, – ответил Тýрин, – ибо мое сердце погибло также. Но раз уж ты прибыл из Дориата, расскажи мне вести о моей семье. Ибо в Дор-Лóмине мне говорили, что они бежали в Сокрытое Королевство.

Эльфы не отвечали, и, наконец, Маблунг промолвил:

– Так они и сделали за год до прихода Дракона. Но сейчас, увы, нет их там.

Сердце Тýрина замерло, услышав вновь поступь рока, который травит его до конца.