— Лена. — Герман снова попытался закурить, но так и не справился с непослушной зажигалкой, сунул незажженную сигарету в карман. — Лена, — повторил он и, сев рядом, взял ее за руки. — Я прошу вас выйти за меня замуж!
Лена онемела от изумления, хотела что-то сказать, но он прикрыл ей рот ладонью, слегка надавив на губы.
— Прошу вас, молчите. Видит Бог, я влюбился в вас, как мальчишка. Сижу над бумагами, еду в машине или смотрю в тупые глаза задержанного преступника и все время ловлю себя на том, что думаю только о вас. Лена, не думайте, что я тороплю события. Хочу сказать одно: для меня это не скоропалительное решение. По рассказам сестры я знаю о вас все. Я взрослый мужчина, и, что скрывать, в моей жизни было немало женщин, и поэтому, поверьте, говорю о своей любви всерьез и с полной ответственностью. — Он тяжело перевел дух, дотронулся пальцем до ее щеки.
Лена слегка отклонила голову:
— Герман, мне нечего вам ответить, слишком все неожиданно для меня. Но я хочу, чтобы вы знали, я пока ни за кого не собираюсь замуж. Очевидно, я вообще никогда не смогу решиться на подобный шаг.
Спасибо за все, Герман, но я не в состоянии ответить вам взаимностью.
Она сделала попытку встать, но Герман потянул ее за руку, заставил снова сесть. Лена заметила странный блеск в его глазах. Мужчина придвинулся ближе и вдруг, обняв ее за плечи, притянул к себе:
— Тебе не понравились мои поцелуи? Уверяю, ты не пожалеешь, если выйдешь за меня. Майоры милиции тоже умеют сладко любить. — Он вплотную приблизил к ней свое лицо, и Лена испуганно отпрянула. — Не бойся, — он обнял девушку за талию, — я никогда не сделаю того, чего ты не хочешь. — Он коснулся губами ее шеи и еле слышно прошептал:
— Не буду скрывать, что безумно хочу тебя, прямо здесь, на лесной поляне, на траве. Хочу сорвать с тебя шикарное платье, коснуться твоей кожи, попробовать тебя на вкус…
Лена вдруг осознала, что его рука уже нежно гладит ей грудь, а другая ползет по бедру, увлекая за собой подол платья. Она испуганно оттолкнула мужчину. Но очевидно, под воздействием спиртного Герман утратил свойственный ему контроль, потому что тут же прижался к ее губам и, подхватив ее за ягодицы, усадил к себе на колени. Она почувствовала возбужденную мужскую плоть под собой и заколотила кулаками по широкой груди. Тут что-то мохнатое кинулось ей в ноги, и влажный язык лизнул колено.
— Господи, Рогдай, как ты здесь оказался?
Она решительно высвободилась из мужских объятий, поправила сползшее с плеча платье и нагнулась к собаке. Но та, взвизгнув от радости, отскочила в сторону, приглашая поиграть. И сразу же вслед за этим раздался низкий, полный презрения и скрытой горечи голос:
— Рогдай, оставь хозяйку в покое. Она играет сейчас в более приятные для нее игры!
В растерянности Лена наблюдала, как знакомая высокая фигура потрепала пса по загривку и медленно пошла обратно.
— Алексей! — Путаясь в высокой траве, Лена попыталась его догнать, но он сам вдруг остановился, повернул к ней голову.
— Что тебе нужно? — Глаза его гневно блеснули. — Грязная, похотливая кошка! — Он сплюнул и, приподняв ее подбородок пальцами, брезгливо скривил губы. — Интересно, каким я был по счету, когда ложился с тобой в постель? — Уклонившись от пощечины, перехватил ее руку, больно сжал запястье. — Успокойтесь, мадам! Поиграли — и хватит! — Он кивнул в сторону Германа, который приближался к ним из рощи. — Беги, целуйся с ним, пошире ноги раздвигай.
Милиционер — здоровый мужик, оттрахает тебя во все дырки с превеликим удовольствием!
Лена не замечала, что слезы заливают ее лицо.
Судорожно ухватив Алексея за рукав, она пыталась сказать что-то не менее гадкое, мерзкое, но слова застряли в горле, и она, закрыв лицо рукой, заплакала навзрыд.
— В чем дело, господин директор? — Слова Германа угрожающе прозвучали у нее за спиной, и она почувствовала, как напряглись мышцы на руке у Алексея, а на скулах заходили желваки.
— Вот решил благословить свою соседку. Судя по всему, у вас обширные совместные планы на будущее?
— Это вас, Ковалев, совершенно не касается, — угрюмо ответил Герман. Обернувшись к заплаканной девушке, обеспокоенно спросил:
— Похоже, он вас сильно обидел? — и повернулся к Алексею:
— Вы сейчас за это ответите!
Лена отступила на шаг. Двое мужчин, красивых, здоровых, умных, вели себя как разъяренные первобытные самцы. Вожделение, желание обладать красивой самкой перечеркнули их совсем недавно дружелюбные отношения, и теперь они стояли друг против друга, будто токующие глухари с яростно сверкающими, налитыми кровью глазами.
Герман опомнился первым. Развернувшись, он окинул насмешливым взглядом противника и, насвистывая, направился к дому. Не глядя на девушку, Алексей позвал Рогдая, но, сделав несколько шагов, остановился:
— Я пришел сказать, что беру тебя в тайгу. Но не надейся на большее. Время любовных игр кончилось.
Думай до утра, только предупреждаю, прогулка тебе удовольствия не доставит! — И он, раздраженно похлопывая по ноге подобранной березовой веткой, последовал за Германом.
