Лена слышала, как он окликнул Наталью, потом какое-то время, чертыхаясь, заводил машину, и они уехали.
Она с трудом добралась до дома, поднялась к себе в спальню. Заметив ее жалкий вид, Верка приняла на себя хлопоты по выпроваживанию гостей и, когда поднялась к подруге, чтобы попрощаться с ней, увидела, что она уже спит. Горестная складка в углах ее губ и горечь в глазах Германа, забывшего дождаться сестру, сказали о многом.
Ее дорогой братишка и не менее дорогая подружка так ни о чем и не договорились. Покачав головой, она выключила свет и тихо закрыла дверь за собой.
В доме напротив Эльвира Андреевна пыталась читать какую-то книгу. Время шло, но она так и не перелистнула ни одной страницы. Беспокойно вглядываясь в ночную темноту, она ловила каждый шум, каждый шорох. Подвыпивший сын отправился отвозить на машине Наталью. К ее радости, это было тут же, в поселке, иначе смазливую девчонку пришлось бы оставлять ночевать в доме.
Мать видела, что девица без ума от ее сына, и вполне допускала, что Наташа готова лечь с ним в постель, не задумываясь о последствиях. Поднявшись, она вылила остывший чай в раковину. Пятно света мазнуло по стенам. Флинт, лежащий у входа, вскочил и яростно заскребся в дверь.
— Слава богу. — Эльвира Андреевна заспешила навстречу сыну. — Я уж думала, как бы чего не случилось!
— Что может со мной случиться? Пост ГАИ я обогнул стороной. Наталью благополучно доставил прямо в объятия родственников. И стою перед тобой как лист перед травой!
Эльвира Андреевна скептически оглядела его, пальцем стерла помаду со щеки.
— Платком ты так и не научился пользоваться.
— Мамуля, — он ласково потрепал ее по щеке, — это же следы женской признательности, а они всегда должны присутствовать на теле мужчины.
— Матери бы постеснялся. — Она притворно сердито шлепнула его по спине. — Тебе же не двадцать, и за своей репутацией надо следить. Связался с девчонкой, она принародно на тебя вешается. Какие теперь разговоры по поселку пойдут?
Сын скинул пиджак, повесил на шею полотенце и, остановившись у дверей ванной, внимательно посмотрел на мать:
— А если я женюсь на ней, как ты думаешь, разговоры сразу прекратятся?
— Как женишься? — Женщина, прижав руку к сердцу, тяжело опустилась на стул.
Алексей, заметив изменившееся лицо матери, сел рядом, погладил по руке:
— Мама, успокойся, прошу тебя!
— Какой же тут покой? Думала, отдохну на свежем воздухе от города, от сутолоки институтской.
Так нет же, дорогой сыночек одну за другой задачки подкидывает!
Алексей обескураженно пожал плечами:
— Я так понимаю, Наталья тебе чем-то не нравится? Хотя это уже аксиома: невозможно такую жену найти, чтобы матери она всем нравилась. Ну чем тебе Наташа плоха? Здорова, в меру упитанна, нарожает тебе внуков ровно столько, сколько закажешь!
— Алеша, побойся бога, она же совсем девчонка, сопливая, бестолковая девчонка! Да и любишь ли ты ее?
— Мама, и за сутки можно или полюбить навек, или возненавидеть. А что касается любви, то в моем возрасте ищут не любовь, а достойную мать будущим детям. Наталья красива, умна, энергична, думаю, воспитает моих пацанов самым лучшим образом.
— Ты действительно уверен, что это лучший вариант, сын? — тихо спросила Эльвира Андреевна.
— У тебя есть другие предложения? — Алексей задержался на пороге ванной. — Да; кстати, я все-таки беру твою любимую соседку на прииск, но только из уважения к ее отцу. — Взглядом он остановил открывшую было рот мать. — И больше никаких вопросов. Сегодня я собираюсь лечь пораньше.
— Скажи мне только, ты Наталье уже сделал предложение? — спросила Эльвира Андреевна сквозь закрытую дверь.
— Вернусь из тайги — все вопросы решу.
Мать радостно потерла ладони: кажется, еще не все потеряно, и ситуация разворачивается хоть и не очень гладко, но пока в нужном направлении.
События следующего дня чуть было не перечеркнули их планы. Утром Лена не стала будить отца, а отправилась на пробежку в компании Рогдая. Перед этим она еще раз проверила свое и отцовское снаряжение, подложила кое-что из продуктов.
На подходе к озеру она почувствовала странно знакомый, но давно забытый запах. На загривке у Рогдая дыбом встала шерсть. Ощерив мощные клыки, он глухо заворчал и, присев на задние лапы, загородил хозяйке дорогу.
— Вперед, псина, вперед! — Лена увеличила скорость, но Рогдай опередил ее, скрылся за пригорком и тут же звонко, с остервенением залаял.
