— Мирбах, — произнес он неожиданно глубоким и низким голосом, — до нас дошли слухи, что хранящиеся в доме Токмакова документы и ценные бумаги, касающиеся деятельности «Медеора», могу оказаться в руках полиции или даже ФСБ.
— Чушь, — отрезал Мариан. — Я знаю, что там творится, и уверяю вас, у меня всё под контролем.
— Мариан, — толстяк с висячими усами сложил пальцы домиком, — ты же понимаешь, что в случае открытия каких-то не лицеприятных фактов относительно «Медеора», в убытке, прежде всего, окажемся мы.
— Ни о каком убытке, не может и быть речи, — нахмурившись покачал головой Мариан. — Вам не о чем волноваться.
— Волноваться, — бритоголовый отвлекся от созерцания рептилии в просторном террариуме, — прежде всего, надлежит тебе, Мариан.
— Наши партнёры из Аравии и Катара серьёзно обеспокоены, происходящими событиями, — вновь встал рыжеволосый.
— Так успокойте их! — фыркнул Мариан и повторил. — Всё под контролем!
— Мариан, этим людям нужны не утешения, а результаты. — покачал головой толстяк. — Если их не будет, ни просто отменят сделку и… годы разработок, миллионы, вложенные на бесчисленное множество лабораторных испытаний, окажутся напрасными!
— Причем миллионы, заметь, не только твои, Мариан, — язвительно заметил рыжий.
— Я помню об этом! — рыкнул Мариан.
— И это хорошо, — ответил бритоголовый банкир, — потому что теперь за твоей деятельностью следит лично сам Шантор.
Звук имени, сорвавшегося с уст банкира, заставил Мариана ощутить стремительно произрастающее изнутри нагнетающее чувство опасности.
Шантос…
Перед глазами Мирбаха сам собой возник долговязый силуэт в коротком пальто с меховым воротом и старомодной широкополой шляпе.
От кончиков пальцев Мариана начало растекаться гадкое неприятное чувство. Кожа и плоть, как будто бы медленно немели и пропитывались не естественным холодом изнутри.
Мариан почувствовала жаркую испарину на коже спины и шеи.
Мирбах слишком хорошо знал, кто такой Шантос.
Собачий король, как называли его за глаза и только шепотом. Насмешливое и даже презрительное, на первый взгляд, прозвище, на деле, заставляло трепетать представителей самых могущественных финансовых кланов.
Высокий худощавый, с нескладными длинными руками, костлявыми бледными пальцами и седыми волосами, длиннее которых только его седые жидкие усы. Шантос всегда одет в неизменное короткое багровое пальто с черным мехом, свою излюбленную потёртую шляпу и тяжелые сапоги со шпорами.
И всегда, за ним по пятам, ходят двое необычайно огромных бурых питбультерьера. И у обоих псов такие же водянисто бесцветные глаза, с мелкими точками зрачков, как и у их хозяина.
Собачий король… Шантос Йорга, человек о котором, почти никто почти ничего не знает. Человек с бесцветными мутно-белёсыми жуткими глазами, который способен даже вчерашнего бездомного бродягу сделать миллиардером! Или, наоборот…
Миллиарды людей даже не подозревают о его существовании, но те немногие, кто обязан ему своим состоянием и властью, готовы собственноручно вскрыть себе вены, из опасения вызвать его неудовольствие.
Для каждого, кого возвысил и поставил на нужно себе место Шантос Йорга, страшнее потери положения и миллиардных счетов только впасть в его немилость.
— Передайте Шантору… — начал Мариан.
— Никто ничего не будет ему передавать, Мирбах, — покачал головой рыжеволосый мужчина и посмотрел на Мариана, как на идиота. — Шантосу не нужны ответы, когда он не задаёт вопросов. А сейчас вопрос не было — только распоряжения.
— И первое из них, — дополнил толстяк, — это помочь тебе распоряжаться финансами Медеора более разумно.
— Это ещё что значит? — скривился Мариан.
— Что отныне мы будем контролировать куда и на что Медеор тратит деньги, — вмешался бритоголовый. — А ты, Мирбах должен решить всего две проблемы: устранить любой ценой угрозу огласки секретной деятельности корпорации и каким угодно образом, но повлиять на скорейшие положительные результаты опытов.
— Я не могу на них повлиять! — Мариан хотел, чтобы это прозвучало гневно и величественно, но вышло жалко и беспомощно.
Он как будто пытался оправдываться перед ними.
Гости переглянулись. Толстяк встал из кресла. Рыжеволосый и бритоголовый подошли к нему, встали по обе стороны.
— А придётся, — с сухим безразличием, сказал полноватый мужчина с длинными моржовыми усами, — потому что, Он больше ждать не намерен. У тебя последняя попытка, Мирбах.
С этими словами, толстяк прошел к длинному столу из дорого дерева и поставил на его поверхность небольшую, высотой с мужской указательный палец, статуэтку.
Несмотря на её размеры и расстояние, разделявшее Мариана и деревянный стол, он отлично её разглядел и его колени дрогнули. Мариан пошатнулся, чувствуя, как лишается возможности дышать.
Это была чёрная морионовая статуэтка собаки, питбультерьера.
Граненная, выполненная с удивительной детализацией, она была наполненная глубоким чёрным цветом.
Статуэтка гончей Собачьего Короля. Символ последней попытки, последнего шанса не впасть в… немилость.
— До скорого, Мариан, — с издевательской веселостью бросил рыжеволосый. — Смотри, не оступись.
