Анжелика также знала, что пароли к почте её брат хранит в скачанных книгах. Как правило нужная книга лежала в корневой папке Windows. И нужные строки со словами паролями в ней были выделены отличным от основного текста шрифтом.
Около получаса Анжелики понадобилось, чтобы найти выделенные строки, а потом подобрать из них нужный пароль ко всем пяти почтовым ящикам Гены.
— Какая запутанная система хранения паролей, — усмехнулся стоящий рядом Леонид. — Если не знать, что и где искать, хрен ты догадаешься.
— Вот — вот, — рассеянно бросила Корф и тут она замерла, глаза её округлились, и девушка со страхом во взгляде прикрыла рот правой ладонью.
— Матерь божья… Гена, что же ты делаешь! — прошептала Анжелика читая открытые письма брата.
Леонид тоже склонился к монитору лэптопа, заглядывая девушке через плечо.
— Так значит мой знакомый был прав… — судя по голосу, Леонид надеялся на обратное.
— Гена уже около трёх месяцев пишет письма некоему Вацлаву… — качая головой, прошептала Анжелика.
Зрачки её глаз быстро метались от слова к слову.
— Он угрожает ему обнародовать украденные с его компьютера файлы облигаций, фьючерсов и всяких свопов, — проговорила вслух Анжелика, продолжая торопливо перечитывать строки писем.
— Вацлав… прокурор, — проговорил, вдруг Полунин.
— Что? — не поняла Анжелика и оглянулась на Леонида.
— Твой брат, похоже, шантажировал не кого-нибудь а самого Вацлава Токмакова… Семью которого, пару дней назад захватили в заложники какие-то вооруженные сопляки.
— Ты его знаешь?! — поспешно и взволнованно спросила Анжелика. — Чем он может угрожать Гене?!
— Сейчас уже ничем, — невесело усмехнулся Леонид. — До меня доходят слухи, что он впал в кому… выйти из которой, у него почти нет шансов.
Анжелика никому бы в жизни не призналась, но сейчас она мысленно и тайно возрадовалась этому обстоятельству.
— А кто такой Михей Малаховский? — непонимающе спросил Полунин, указывая на подпись в последнем отправленном Геной письме.
— Понятия не имею, — вдохнула Анжелика. — Но это нужно прекратить…
Дверь в комнату, где они находились, распахнулась и ударилась об стену.
Леонид и Анжелика порывисто оглянулись.
— Анжелика!.. — стуча колесами инвалидного кресла, всклокоченный со сна, одетый только в штаны, Гена въехал в комнату выделенную его сестре. — Что ты делаешь?!
Растерянный и шокированный взгляд парня метнулся к ноутбуку.
— Зачем ты взяла его?! — вскричал он и направил кресло к столу.
Анжелика с Леонидом расступились.
— Гена, я знаю, что ты делаешь…
— Да ни черта ты не знаешь! — вскричал покрасневший со злости Гена. — Зачем ты лезешь, куда тебя не просят?! Кто тебе вообще разрешил трогать мои вещи?! Это моё! Моё! Мой компьютер! Какого хрена ты суешь свои грабли, куда не следует?!
Анжелика в жизни своей не слышала подобных слов брата в свой адрес и сейчас ошарашенно глядела на обозленного и ругающегося Гену.
— Так, не ори на сестру, — вмешался Полунин. — Лучше, объяснись.
— Идите вы в жопу! — зло бросил Гена, подъезжая к ним и хватая со стола свой ноутбук.
— Что тут за шум? Чего вы раскричались? — в комнату Анжелики вошел Лёва, как и Гена, он был одет только в брюки.
— Анжелика взяла мой ноутбук! — прорычал Гена.
— И из-за этого ты прервал мой сон своим криком… — Лёва вдруг нахмурился. — Подожди, старик, а если ты спал, как ты узнал, что Анжелика взяла компьютер?
— У меня стоит синхронизация на телефоне и приходит сообщение, без моего ведома кто-то заходит в мою учетную запись или в почту, — злобно поглядывая на сестру, пробурчал Гена.
— Гена, — чуть изогнув правую бровь, проговорил Лёва. — Ты же отключил свой телефон. Забыл?
— У меня сел аккумулятор, но здесь я зарядил, — хмуро ответил Гена
— Это понятно, — спокойствие Лёвы явно было обманчивым, — а геолокацию и 4G ты у себя отключил, надеюсь? Ты же помнишь, что на твоем телефоне они часто включаются автоматически?
Тут Гена побледнел и поспешно достал телефон. Он несколько раз провел пальцем по экрану телефона, открыл нужное меню, и сдавленно икнул.
— Надо полагать, это значит «нет», — кивнул Лёва.
— Я отк-ключил… — заикаясь пролепетал Гена. — Только что…
— А как долго у тебя работал телефон?
— С того момента, как мы легли спать…
— То есть прошло около двух с лишним часов, — хмыкнул Лёва и взглянул на Леонида.
— Это всё плохо, да? — быстро и настороженно спросил Полунин.
— Нет, это не «плохо», — покачал головой Лева и одел очки. — Это паршиво, отвратительно, это… это форменный коллапс!
— Так, спокойнее, без паники, — поднял ладони Полунин. — Мы знаем, что Гена шантажировал Вацлава Токмакова.
Гена пугливо оглянула на Леонида.
— А он сейчсас в коме… Кого нам бояться? — пожал плечами Полунин.
— Беда в том, — продолжи Лёва, — что в письмах Вацлаву, Гена подписывался именами и фамилиями внебрачных детей Токмакова. И…
Он переглянулся с Геной, словно взглядом спрашивая у него разрешения.
— …Двое из людей, именами которых я подписывался… Они мертвы.
— Они убиты с невероятной жестокостью и садизмом, если верить расползающимся в новостях сведениям, — добавил Лёва. — Поэтому, нам нужно валить.
