— Примерно сто пятнадцать, Ваше Императорское Величество, — ответила моя супруга и добавила: — Дима, а теперь слушай меня внимательно…
Мир «Рандеву с Варягом», 17 августа 2021 года, город Санкт-Петербург, городской дом семьи действительного статского советника Дмитрия Николаевича Волконского, следователя по особо важным делам в Главном Управлении Государственной Безопасности при священной особе государя императора
Княжна Елизавета Волконская, штурм-капитан ВКС Российской Империи, великая княгиня Артанская, императрица Четвертой Галактической империи
Ну вот я и дома. Проскользнув через крышу семейного особняка, просмотровое окно зависло у нас в гостиной, прямо перед столом, за которым папенька с маменькой, постаревшие, но по-прежнему любимые, усаживались за накрытый обеденный стол, а горничная Луша готовилась подавать. Черное траурное платье и скорбно поджатые губы маменьки, а также черная муаровая повязка на рукаве у папеньки и без дополнительных пояснений говорили о том, что мои родители носят траур по единственной беспутной дочери, безвестно сложившей голову за веру, отечество и государя-императора. Сюда, под отчий кров, я стремилась все три года, пока продолжалось мое злосчастное приключение в других мирах, и мой драгоценный супруг мог только отчасти сгладить горечь разлуки с родными людьми, которые, наверное, думали, что я давно умерла.
— Папенька, маменька, ваша Лиза здесь! — позвала я, почувствовав, что просмотровое окно раскрылось и превратилось в портал.
Глаза маменьки округлились, она начала мелко креститься и неразборчиво бормотать молитвы, ведь ей, должно быть, казалось, что я обращаюсь к ней с того света. Выдержки у папеньки было явно побольше: глаза его, напротив, сузились, и он уставился на меня внимательным тяжелым взглядом, как на одного из своих подследственных. Мне это выражение лица тоже было знакомо: оно означало, что сейчас дражайшая дочурка получит выволочку по первое число за свои художественные безумства. Но страшнее всего было глядеть на Лушу: несчастная горничная буквально окаменела с супницей в руках, а лицо ее стало белее бумаги. Ведь не хотела же я никого пугать, Господи, само так получилось!
— Так, явилась наконец… — нарушил гробовую тишину папенька, с таким видом, будто собирался отчитать гимназистку Лизу за то, что она не ночевала дома, оставшись у «подруги». — А нам сообщили, что твой штурмоносец не смог затормозить после прыжка и разбился в джунглях на суборбитальной скорости, да так, что не нашли даже обломков. А искали на совесть, ведь ты же Волконская…
— Бесполезно было искать черную кошку в темной комнате, потому что ее там не было, — сказала я, делая шаг через границу между мирами. — Мой штурмоносец не разбился, а провалился в другой мир, где ваша дочь по неопытности сперва стала жертвой негодяев, а потом ее спас благородный герой и в тоже время очаровательный нахал, за которого она, то есть я, в итоге вышла замуж…
— И мужа нам своего ты, значит, тоже готова предъявить? — спросил папенька, при том, что маменька сидела тихо. — Надеюсь, это не какой-нибудь прохвост-забулдыга, который заморочил нашей дочери голову, воспользовавшись ее тяжелым положением?
Вот ведь папенька какой жук… Способностями госбезопасного физиогномиста он сразу установил, что я это я, его любимая дочь, которую он с пеленок знает как облупленную. Теперь сканирование сетчатки и анализ ключевых маркеров генетического кода будут для него лишь дополнительным подтверждением того, что он и так знает. Зато маменька, особа более легковесная, чьим основным предметом интереса являются оперные певцы и порхающие по воздуху балеринки, не знает, что и сказать. Рим, то есть глава семьи высказался, а потому ей лучше сидеть и помалкивать, ожидая поворота дела в ту или другую сторону.
— И никто мне ничего не морочил, — сгоряча заявила я. — Он был такой замечательный, очаровательный и надежный, что я сама его выбрала и женила на себе, а он всего лишь не возражал. Все как в обществе у одних наших добрых знакомых, где от женщины при заключении брака требуется желание, а от мужчины согласие.
Глаза у маменьки после этих слов округлились еще сильнее, а папенька только кивнул. Ничем-то его не удивить…
— Очень на тебя похоже, Лиза, — сказал он и тут же спросил: — И как вы там живете со своим любимым? Небось у твоего суженного да ряженого ни кола ни двора, мыкаетесь по чужим углам или ночуете в каюте на штурмоносце? Да и он тоже, хоть и чудо техники, но три года без обслуживания вряд ли протянул…
