Прежде всего – адрес. Что сегодня делает любой человек, когда собирается пойти по неизвестному адресу? Верно, сначала находит этот адрес на онлайн-карте. Афанасьев серьезно и обстоятельно готовился к преступлению, а значит, предварительно изучил место проживания Олега через интернет. Вслепую бы Алексей туда не пошел. Следовательно, браузер в телефоне или на компьютере Афанасьева должен сохранить следы поиска, датированные двадцать четвертым мая.
Хорошая, сильная улика. Жаль, тоже косвенная, поэтому ее одной недостаточно.
Продолжаем рассуждать. Охотничий нож взят Афанасьевым из коллекции, которая формировалась главным образом за счет подарков и нескольких, трех-четырех, магазинов, в которых мужчина значится как постоянный клиент. Найти серийный номер по реестру проданного оружия труда не составит, если орудие убийства куплено в одном из этих магазинов. Это уже не поиск иголки в стоге сена. Конечно, всегда есть шанс, что орудие убийства было не куплено, а кем-то подарено. Но этот шанс ничтожен. Нужно понимать психологию страстного коллекционера, вдобавок такого нарцисса-экстраверта.
Настоящий коллекционер не найдет в себе сил избавиться от ценного дара, который дорог как память, а кроме того, уникален. Подаренный нож вам уже никто второй раз не подарит, и не факт, что вы отыщете ему замену в каком-нибудь магазине. Покупной нож не жалко, вы легко приобретете его в том же магазине вторично. Значит, для убийства Алексей воспользовался не особо ценным покупным ножом, который легко заменить в коллекции. Не помешает проверить историю покупок Афанасьева в его браузере. Уверена, в день убийства или даже в день накануне убийства Алексей заказал замену тому ножу, который вознамерился оставить в теле жертвы. Именно этот нож я видела и сфотографировала в квартире подозреваемого.
Мощная улика, отлично дополняющая предыдущую. Как на беду, наш второй подозреваемый – Кристина Овчинникова, годами имевшая доступ к имуществу Алексея. Афанасьев наверняка заявит, что оружие взято из его коллекции бывшей женой, отчего и пришлось компенсировать пропажу покупкой аналогичного ножа.
«Думай, лучше думай, душа Танюша! Большой сверток. Что в большом свертке?» – прокручивала я в голове раз за разом. Там были нож и тряпка, которой Алексей протер рукоять. Что еще?
Пара капель кофе попала мне на штаны. Каков был мой совет главному менеджеру Еремееву, когда он облился? От мысли о необходимости чистить любимые брючки я заворчала на свою неуклюжесть, а затем растеклась в улыбке. Афанасьев чертовски предусмотрителен. Взяв с собой нож, он позаботился о тряпке и, разумеется, о запасной одежде на тот случай, если его забрызгает кровью. Запасные штаны и рубашка находились в том большом свертке. Но старушка видела незнакомца в одной и той же одежде, то есть во время убийства он не измазался и, дабы зря не рисковать, не стал тратить время на переодевание в квартире тридцать два. Убийца переоделся в другом, более безопасном месте.
Как он поступил с одеждой, в которой напал на Олега? Положил в стиральную машину по прибытии домой или выбросил на помойку, не доезжая до дома, быть может, даже сжег, потому что, я повторюсь, очень умен и наверняка знает о микроскопических брызгах, которые обязательно остаются на убийце, сколь бы тот ни был аккуратен. Стало быть, одежды мы не найдем. И не надо, я поняла, где искать главное вещественное доказательство против Афанасьева.
Водительское сиденье его собственного авто.
Алексей сел за руль в одежде, в которой заколол человека, и обязательно перенес какие-то микробрызги в салон машины. Лет тридцать назад эти микробрызги нельзя было даже найти, не то что проанализировать. Но в наши дни такие мельчайшие капельки запросто обнаруживают и из них извлекают ДНК жертвы.
Час спустя в кабинете Кирьянова я излагала окончательную версию убийства Олега Тарасовича Землянского и рассказывала, где и какие следует искать улики против Афанасьева.
Подполковник долго слушал со строгим лицом, задавал каверзные вопросы, пока в конце концов не убедился, что Алексея следует задержать по подозрению в этом преступлении, а его машину проверить на следы крови жертвы.
– Молодец, Татьяна Батьковна! – потирая руки, крякнул Сергеич то ли с удивлением, то ли с восхищением. – Докопалась до сути и оправдала девчонку.
– Не только оправдала, – дополнила я, – но и установила, что в день совершения преступления она находилась по пути в Хоперск.
Я предъявила распечатку билета на междугородний автобус, купленного Лилей двадцать четвертого числа. Алюсе феноменально повезло, что подруга поспешила купить тот билет, которым так никто и не воспользовался. Теперь он послужит ложным алиби, которое полиция уже не станет проверять за ненадобностью. Вишневская заказывала билет со своего смартфона и оплатила со своего счета, но оформлен он был на имя и по документам Первухиной. Двадцать четвертого, за день до убийства.
– Как видишь, Первухина вообще ничего не знала о смерти Землянского.
