Таша присела перед рыбой-удильщиком. Посмотрела на шепчущую воду над их головами, потом перевела взгляд на глубоководного хищника.
– Скелет и мускулатура у таких существ обычно плохо развиты. Всё из-за огромного давления, при котором им приходится существовать. Повышенная проницаемость их клеточных мембран уравновешивает внутреннее и внешнее давление.
Глаза Джека округлились.
– То есть вывалившись к нам, рыба познала всю ярость атмосферного столба?
– Но ведь давление изменилось, – возразил Юлиан. Его глазки бегали, словно он что-то своровал. – Сама сущность океана претерпела изменения. Разве нет?
– Видимо, изменилось многое, да, – согласилась Таша. – Только это не коснулось физиологии глубоководных обитателей. Не исключено, что остальные уже полопались. В самой воде.
До Радия вдруг дошло, что они оттягивают неизбежное.
– Мы должны войти. Думаю, физиология рыб здесь не самое интересное.
Сделав глубокий вдох, он первым полез по разрушенной кладке.
3.
Помещение было довольно обширным, если не сказать грандиозным, и поразительно несимметричным.
Фонарики высвечивали темные округлые углубления в потолке. Глаза отчаянно сигнализировали разуму о том, что углы, скосы и вогнутые арки находятся прямо перед носом, а не где-то вдалеке. Высота до потолка, на котором собирались остатки воды, составляла около шести метров. Из зала вело по меньшей мере пять ходов. Сами туннели выглядели так, словно их прогрызли бугристые личинки.
Пока остальные в изумлении озирались, Радий прошел вперед. Осветил лучом барельефы стены, через которую они проникли сюда. Сердце учащенно застучало, когда он увидел изображения мерзких существ. Отвратительные, имеющие по несколько извивающихся конечностей, они кому-то молились.
– Что это, господи боже? – Испуганный взгляд Таши скакал по барельефу, будто теннисный мячик.
Арвид присвистнул и попятился от стены, не опуская видеокамеры.
– Это что-то вроде поклонения.
– И кому же красавцы поклоняются? – Джек встал рядом со шведом. – Мне кажется, или тут семь центральных уродов?
Радий отошел еще дальше. Теперь он ясно видел, что предлагала западная стена. На барельефе присутствовали семь существ, которым поклонялись извивающиеся твари. Судя по всему, эта семерка была чем-то вроде небожителей. Хотя какие
– Как интересно! Как любопытно! – Юлиан возбудился. Он бегал от барельефа к барельефу, делая снимки на смартфон.
– Но почему этот зал пустой? – спросила Таша.
Ни у кого догадок не было, и Радий пожал плечами.
– Вероятно, этим существам стулья, шкафы и столы не нужны. – Он поднес рацию к губам: – Петя, прием. Как слышно? Можешь сказать, куда нам идти?
Еще перед уходом группы Горынин, пользуясь стремянкой и руками одного рослого матроса, втолкнул «Сашку» в толщу потолочной воды. Управляемый морской дрон тут же превратился в тень. Голос Горынина раздался не сразу.
– Слышу не то чтобы хорошо, но слышу. Если верить показаниям «Сашки», на северо-востоке находятся наиболее крупные подводные комплексы.
Радий улыбнулся.
– Мы тебя поняли, Петь. Движемся на северо-восток.
– Буду с вами, покуда это возможно.
Храмы, дворцы и прочее, что складывалось в загадочный подводный город, окружали сильные течения. В первую очередь это было связано с Черной Линзой и ее необъяснимой природой. Поэтому «Сашкой» пользовались очень осторожно. Он не мог стелиться по дну, поскольку оно
Они прошествовали в северо-восточный коридор. Тишина была оглушающей. Миновали три схожих зала, также имевших по пять выходов. Циклопические залы удручали, а их повторяющиеся барельефы пугали навязчивостью мотива. Город ошеломлял первозданной пустотой.
С изменениями они столкнулись лишь с четвертой попытки.
Потолок в этом зале был куда выше, чем в остальных, так что группа могла видеть настил из слабо качавшихся волн. Любые намеки на барельефы исчезли. Вдобавок им впервые повстречалась лестница. Ее черные, чуть мерцавшие ступени уводили прямиком в океан. Сами ступени были чертовски огромными, явно рассчитанными на гигантов с хорошей растяжкой.
Повинуясь наитию, Радий взобрался на несколько ступеней – для этого пришлось помогать себе руками. Макушка почти уперлась в воду. Точно робот, Радий согнул левую руку в локте и сунул кисть в воду. С интересом уставился на запястье, окольцованное обезумевшей субстанцией.
– Радий! – осторожно позвала Таша.
Не меняя положения руки, Радий оглянулся:
– Арвид, можешь это снять?
– Конечно, – пожал плечами швед, поднимая камеру. – Это знаменитый русский…
Он осекся. Глаза широко распахнулись.
Вода освободила половину кисти океанолога.
Потом вдруг показались костяшки.